Оазис страсти

 – Суровое и красивое лицо Стефано было таким испуганным, что Тесс едва не принялась его утешать.

– Я тоже удивилась, – спокойно ответила она. – Но оказывается, презервативы не дают стопроцентной гарантии.

– Почему ты мне не сказала? – спросил он.

Она не смогла скрыть удивление.

– А как бы мне это удалось? Я не знаю твою фамилию, понятия не имею, где ты живешь. – Она вздернула подбородок. – Ты всегда знал, где меня найти. Ты просто этого не хотел. Я ждала больше года, веря, что ты вернешься. – На ее глазах выступили слезы.

Тесс отвлеклась, когда малышка захныкала. Быстро моргнув, она подняла плюшевого жирафа Эсме, упавшего на тротуар, и осторожно положила его ей в ручки.

– Моя фамилия Закко, – резко произнес Стефано.

Она подняла глаза.

– Закко? Как модный бренд?

Даже Тесс слышала о легендарном люксовом бренде, известном одеждой от-кутюр и стильными сумочками.

– Да, – сказал он и покачал головой.

– Она больше тебе не принадлежит? Как тебе удалось потерять компанию, названную в честь твоей семьи?

Стиснув зубы, он посмотрел на ребенка.

– А как тебе удалось забеременеть?

Ее задел его холодный тон. Пусть Стефано плохо относится к Тесс, но он не должен пренебрегать своим ребенком.

Милая пятимесячная Эсме, пухленькая и всегда счастливая, если не считать периодов, когда она уставала, была голодной или у нее прорезывались зубки, уже стала тем человеком, которого Тесс любила больше всего на свете.

– Я только что призналась, что у тебя родилась дочь. – У Тесс сильно закружилась голова. Она вцепилась в ручку коляски, чтобы не упасть. – А ты хочешь выяснить только то, как мне удалось забеременеть?

Он прищурился.

– Откуда мне знать, что она моя?

– Хватит сомневаться. Я сказала тебе правду!

– Мне нужно больше доказательств.

Седовласая парочка с театральными программками прошла мимо них, взявшись за руки.

Тесс так хотела любви, что отчаянно поверила, будто Стефано – ее судьба, несмотря на все обратные доказательства. Она будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

– Забудь. – У нее сдавило горло, она отвернулась. – Ты нам не нужен.

Стефано произнес:

– Я сожалею, что обидел тебя.

– Сожалеешь? – спросила она дрожащим голосом. – Ты нисколько не сожалеешь!

– Ты не права, – отрезал он.