Изумрудное сердце

 – Где это чувство долга было тринадцать лет назад, когда я отчаянно нуждалась в тебе, а ты меня бросил?»

Положив руки на колени, она быстро заморгала и отвернулась.

– Жасмин, что такое?

– Ничего! – Она скорее умрет, чем позволит Карифу аль-Рамису увидеть ее плачущей. Она научилась быть сильной. – Я просто вспомнила, что однажды ты мечтал о доме в пустыне. Теперь он у тебя есть.

– Да. – Его тон внезапно стал жестким. – И я буду твоим соседом. Мой дом находится всего в тридцати километрах от поместья Умара Хаджара.

Жасмин резко повернулась. О боже, она уже забыла об Умаре. Ведь она помолвлена! Не следует ей пялиться на губы другого мужчины!

Но она не могла сдерживаться. Тем более что этим мужчиной был Кариф, которого она всегда любила. Единственный ее любовник. И до вчерашнего дня – единственный мужчина, которого она целовала…

Умар впервые поцеловал Жасмин только тогда, когда она приняла его предложение о замужестве. Его поцелуй был деловым и официальным – способ подтверждения сделки, когда неуместно рукопожатие.

Он явно не торопился увлечь Жасмин в постель, что ей понравилось. Их брак будет основан на более важных принципах: у них будет семья. И она не просто успокоит родителей и сестер. Жасмин наконец станет матерью и будет воспитывать его сыновей.

– Ты знаешь его детей? – спросила она низким голосом.

Кариф кивнул:

– Да, старших – Фади и Бишра. Они хорошие дети. Уважительные.

Уважительные? Что-то они не показались ей такими, когда она встретила их в прошлом году в Нью-Йорке.

По меньшей мере, к Жасмин уважения они не проявили. Четверо мальчиков недоброжелательно уставились на нее, прижавшись к отцу и француженке-няне по имени Леа, будто Жасмин была им врагом. Она вздохнула. Но разве можно обвинять детей, чья мать недавно умерла?

– Я надеюсь, с ними все в порядке, – прошептала она. – Я встречалась с ними лишь однажды. Им трудно пришлось. Особенно малышу, – прибавила она, отводя взгляд.

– Им нужна мать, – тихо сказал Кариф. – Ты будешь им хорошей матерью.

Она со вздохом посмотрела на него. Он наклонился через стол, в пламени свечи его взгляд стал резким. Кариф был так близко…

– Спасибо, – тихо произнесла она. Печаль сковала ее сердце, когда в памяти возникли невысказанные воспоминания.

«Вы не знали, что она беременна, мой господин? – Голос доктора отражался эхом в ее мозгу спустя много лет. – Она выживет, но никогда не сможет забеременеть снова…»

Жасмин уронила серебряную вилку на тарелку.