Мужчина и женщина: бесконечные трансформации. Книга третья

У меня их нет, не выдавал себя за учёного на протяжении всей книги, не выдаю и сейчас.

Хороший повод поиронизировать в мой адрес. Не только повод, но и право, только с одной оговоркой.

Фантазия и есть фантазия, она апеллирует к воображению, по природе своей она чужда любому позитивизму. Другой вопрос, насколько предложенная фантазия даёт простор воображению, насколько она «безумна». Не мне об этом судить.

«Нет начала» означает, что не эволюция в ответе за то, что культура на долгие тысячелетия железной рукой действительно разделила нас на «мужчин» и «женщин».

Но с какого-то времени, – спасибо феминизму – будто одумавшись, мужчина и женщина стали двигаться навстречу друг другу, понимая, что подлинно живое находится «между» ними. Сама эволюция заложила потенцию «между», как способ возвращаться к самой себе, преодолевая всё косное, догматичное, застывшее, мёртвое.

«Нет начала» стало реализовываться как «нет завершения», как продолжающиеся бесконечные трансформации ролей «мужчины» и «женщины».

И если «нет начала» воспринимается как фантастическая гипотеза, то «нет завершения» уже как реальность в диапазоне от статичных, незыблемых ролей мужчины и женщины, до смены пола, когда мужчина может стать женщиной, а женщина мужчиной, от высокой поэзии до грубых непристойностей, намаранных на стене.

«Дневник», в этом смысле, есть манифестация открытости процесса, в котором не было начала, не может быть и завершения.

…ещё раз об открытии «гендера»

Возвращаться к теориям «гендера» не собираюсь, насколько меня хватило, уже написал, что смогу ещё напишу в сюжетах «Дневника». Но уже в процессе завершения книги вновь и вновь слышал доводы, «гендер» просто выдумка, во многом вредная, ещё придётся столкнуться с его (гендера) тяжёлыми последствиями, но рано или поздно жизнь вернётся в свои разумные берега, мужчина вновь станет мужчиной, женщина – женщиной.

Не вступал в споры, когда выслушивал эти доводы, не буду вступать в споры и сейчас, если кому-то хочется быть близоруким, его право, не будем его разуверять.

А «гендер» (слово, понятие) действительно был открытием, озарением. Необходимо было назвать, означить то, что мерещилось, предчувствовалось, предмыслилось, а дальше буквально произошёл взрыв. Будто невидимая пелена спала с глаз.