Геймекер

Все они или не имеют истории, или имеют конечную историю. То, что ты предложил, в принципе может сделать ее бесконечной, продлить до черти каких пределов без особой затраты вычислительных ресурсов и напряга персонала.

Но, напомню тебе, мил человек, что мы делаем не игру про динозавров, а порнушку. Чтобы сделать бабки! По быстрому! Мы не занимаемся теоретическими изысканиями. Нам не нужна длинная история! Наши девки будут молодыми!

– А ты посчитай, дорогой, – Литератор, по давней привычке, начал загибать пальцы, продолжая давить на Николая.

– Двадцать девушек нужно? Нужно. А лучше, больше. Вариантов, с налету, я выдал сколько? 4 в первой степени – гарем, бордель и пр., и 4 во второй – русский, французский и т.д. Это уже 320 биографий, которые должны отличаться друг от друга. Их, мало того что нужно придумать, а еще и забить в комок! Мне уже и сейчас дурно это представить. Тем более, что эта работа почти не видна в итоге.

А ведь количество вариантов должно множиться и вглубь, и вширь.

– Ладно, ладно. Боров ленивый, – Николай поморщился, понимая, что в предложении Литератора есть резон.

– Я подумаю на досуге. Но сильно не рассчитывай. В одном месте выиграешь, в другом проиграешь.

И займись своим делом, литератор хренов. Опции, сюжеты, детали! Завтра же чтобы что-нибудь изобразил. Да похудожественнее, так, чтобы и у нас взыграло, и инвесторам было что показать!

– Не боись, взыграет, лишь бы Алка выдержала!

Глава 7

Пользуясь известностью среди экологов, Максим, как ни старался, не смог найти средств для продолжения исследований, в то же время как коллеги, более адекватно усвоившие нравы научного истеблишмента, без труда собирали сотни тысяч, а иногда и миллионы долларов на работы вроде: «Влияние выжигания лесов Риу-Бранку на баланс парниковых газов в южном полушарии».

Пытаясь добиться признания своих теорий, Макс сблизился с зеленой тусовкой в Берлине, которая, в последнее время, набирала немалую силу, хотя и там его мысли разделяли только те, кто не имел отношения к официозу или бизнесу.

Однако, идеи были понятны многим. Макса, как своего, приняли в анархистском крыле зеленых. С цифрами в руках он доказывал, что при трансконтинентальных перевозках ущерб океану, наносимый крупнотоннажными судами, тысячекратно превосходит стоимость самих грузов и выгоды, которые получают его непосредственные участники.