Лето в маленькой пекарне

Он важно раздулся:

– Э-э-э… нет, я сейчас как бы на перепутье. Вроде консультанта, что ли. По многим вопросам.

– Хорошо, – сказала Полли.

Но ничего хорошего она в этом не видела.

Старый колокол, до сих пор кое-как державшийся на полуразрушенной башне на вершине Маунт-Полберна, торжественно зазвонил, и рыбаки снимали шапки, выходя из здания и следуя за гробом. Катафалку было не пройти по узким извилистым улочкам, так что гроб несли двое сыновей Джанет, Арчи, Джейден, Хакл и Патрик. И снова бросалось в глаза отсутствие Тарни.

Никто на этих похоронах и вспомнить не мог дня, когда все собирались вместе по случаю чьей-то смерти.

Небо хмурилось; дождя не было, но он явно собирался. У причала несколько грустных туристов, приехавших на один день, растерянно оглядывались по сторонам, не понимая, почему все вокруг закрыто. А жители городка в полном составе медленно брели по булыжным мостовым, склонив голову перед ветром, дувшим куда сильнее на этом близком к морю и далеком от большой земли клочке суши.

Полли хотелось, чтобы Хакл был рядом и вел ее за руку или хотя бы лучшая подруга Керенса вернулась из нелепой поездки, которую она затеяла именно сейчас, – но ни с тем ни с другим ей не повезло. Она старалась не отходить от Мюриэл, хозяйки местного магазина.

– …Это просто ужасно, – говорила та, а ее маленькая дочка Марина высовывалась из рюкзака-кенгуру и беспокойно вертела головой. – Да-да, все в порядке, детка, – обратилась к ней мать и доверительно сказала Полли: – Ей бы сейчас вздремнуть где-нибудь в кладовой, она может спать лишь там, где пахнет тмином и анисом.

– А есть ли что-нибудь, чего у тебя нет в запасе? – спросила Полли. – Кроме хлеба, разумеется.

– Конечно, ведь это высвобождает много места, – заметила Мюриэл.

Старое кладбище выглядело красиво на свой лад. Могилы здесь были очень старыми и заросшими, древние надгробия покосились, почти все надписи были стерты временем, ветром и морем. Несколько фамилий повторялись снова и снова: Перранмор, Тарнфорт, Киррин… И в основном тут лежали женщины и дети.

Мужчины Маунт-Полберна погибали в море, и оно хранило их кости и их истории.

Свежевырытая могила мрачно чернела в тени полуразвалившейся церкви. Здесь уже негде было хоронить; могила казалась чужеродной и странной, словно древним скелетам пришлось потесниться, чтобы освободить для нее место.

– Прах к праху, – тихо сказала женщина-викарий, когда мужчины с помощью приезжего гробовщика неловко опускали гроб в землю.