Превратности культуры

Такое право с 1791 года закреплено во второй поправке к Конституции США, а первоначальный его смысл состоял в обеспечении готовности ополчения к отражению угрозы нападения на Америку. В 2008 году Верховный суд США в своём постановлении пояснил, что оружие предназначено для самообороны, для защиты своего жилища. Однако на деле получается иначе – жертвами вооружённых маньяков то и дело становятся ни в чём не повинные люди, граждане Соединённых Штатов.

Время от времени федеральные власти США пытаются ограничить или запретить продажу оружия, но этому препятствует мощное оружейное лобби в Конгрессе – и впрямь, нельзя же запрещать то, что приносит прибыль. Вслед за американским президентом признаётся в своём бессилии и психолог Рон Астор, который в течение многих лет изучал проблему насилия в американских школах:

«Мы достигли критической точки насыщения в отношении инцидентов с применением оружия и массовыми жертвами, и это стало частью того оцепенения и замешательства, которые мы ощущаем.

В те годы, когда Хейзинга писал свою книгу, о лидерстве такой страны, как США, не мечтали даже в Вашингтоне, но словно предчувствуя надвигавшуюся на мир беду, Хейзинга делает весьма пессимистичный вывод:

«Существует ли в современном мире, на Западе или на Востоке, то равновесие между духовными и материальными ценностями, которое мы приняли за важнейшее условие культуры? Вряд ли возможно ответить на сей вопрос утвердительно… Диспропорция между совершенным аппаратом производства и возможностью применять произведенное на пользу людям, перепроизводство в соседстве с нуждой и безработицей – всё это едва ли оставляет место для понятия равновесия, для мыслей о равновесии».

И впрямь, о каком равновесии между духовным и материальным можно мечтать, если человек, вооружённый бомбой или винтовкой с лазерным прицелом, способен по собственному усмотрению уничтожить то, что создано природой и руками других членов общества? А между тем, нередко преступник остаётся безнаказанным.