Заметки о любви

На экране телефона высвечивается сообщение от его мамы: «Ты по-прежнему цел и невредим?»

Хьюго вздыхает. И словно она слышит этот вздох, появляется следующее сообщение: «Я всего лишь спрашиваю. Никаких татуировок? Ничего такого?»

Хьюго: «Никаких татуировок. Но вчера вечером я проколол себе нос».

Мама: «Хьюго!»

Хьюго: «Я просто подкалываю тебя. Не волнуйся так».

Мама: «Сделаешь для меня фото океана, не забудешь?»

Хьюго: «Слишком поздно. Я уже отправляюсь на запад».

Мама: «Я имела в виду Тихий океан.

Всегда мечтала его увидеть».

Объявляют номер платформы его поезда, и толпа оживает. Хьюго, прищурившись, всматривается в гигантское табло – буквенно-цифровую смесь из времени и пунктов назначения.

Хьюго: «Мам, мне пора. Поезд уже подали. Люблю тебя».

Мама: «Тоже тебя люблю».

Хьюго: «И не волнуйся, паспорт при мне».

Мама: «И в мыслях не было спрашивать».

Он засовывает мобильник в задний карман и оглядывается в поисках Мэй, пытаясь вспомнить ее внешность из видео, но девушки нигде не видно.

Уже десять минут четвертого, а значит, она серьезно опаздывает. Поезд должен отправиться ровно в тринадцать минут, и Хьюго, встав на цыпочки, снова всматривается в толпу. Он так занят этим процессом, что до него лишь через секунду доходит, что она уже здесь, стоит всего в паре шагов от него.

Опешив, Хьюго моргает. Мэй одета в черное хлопковое платье и джинсовую куртку, волосы небрежно собраны в высокий хвост. На ногах поношенные красные кроссовки, а за спиной зеленый рюкзак почти с нее ростом.

– Хьюго, – произносит девушка, хотя звучит это не совсем как вопрос.

Когда Мэй ответила на его второе письмо, Хьюго отправил ей свою фотографию, чтобы она знала, что он не какой-то псих из интернета. (Хотя, может, он в него уже превратился? Трудно сказать наверняка.) Какое-то время Хьюго даже не называл Мэй свою фамилию, опасаясь, что она найдет в сети кучу статьей о его семье или, боже упаси, блог его мамы, сокровищницу позорных историй из его жизни.

Он хотел начать это путешествие как Хьюго Уилкинсон, а не как один из «Шестерки Суррея».

Но в переписке Мэй стала настаивать на том, чтобы он назвал фамилию, и Хьюго не мог винить ее за это. Если бы одна из его сестер слетела с катушек и решила бы отправиться в путешествие в компании какого-то парня, с которым познакомилась в интернете, он бы точно хотел, чтобы она узнала о нем все подробности.