Билет на удачу

Тедди свешивал к нам голову с края постели, и мы болтали, пока веки не смежались и разговоры не смолкали сами собой.

– Я не могу сказать ей, что остальные гости уйдут, – с робкой улыбкой признается Лео, – поскольку она думает, что мы и так тут одни. Выходит…

Оглядываю сваленную на полу одежду, загроможденный книгами комод и одинокий носок, торчащий из-под односпальной кровати.

Кровати Тедди. В которой он спит каждую ночь.

Тяжело сглатываю.

– Выходит, мы остаемся, – заканчиваю за брата.

Несколько часов спустя мы возвращаемся назад в прошлое.

Я отказываюсь от предложения Тедди лечь на его кровать, и вот мы снова – после стольких лет – устраиваемся, как в старые добрые времена: мы с Лео на полу в гнездышке из одеял, а Тедди, опершись подбородком на руки, смотрит на нас с края постели.

– Ребятки, – со смехом в голосе тянет Тедди. – Ребятки, ребятки, ребятки…

Это слово не сходило с губ двенадцатилетнего Тедди, и от нахлынувшей ностальгии у меня даже кружится голова.

Лео отвечает ему в своем обычном, слегка настороженном тоне:

– Да, Теодор?

– Помнишь, как мы уболтали тебя расписать стену? – Тедди ударяет кулаком о прикроватную стену, когда-то белую, – прекрасный холст, посчитали мы в одиннадцать лет, – но ставшую темно-синей. – Я тебе еще леденцами заплатил.

– Лучший заказ в моей жизни, – отвечает Лео. – Даже несмотря на то, что на следующий день нам пришлось закрашивать мой рисунок по новой.

– В углу до сих пор видны очертания пингвинов, – улыбаюсь я.

Тедди ненадолго замолкает, а потом снова заговаривает, нарушая темноту несвойственным ему робким голосом.

– Как по-вашему, вечеринка нормально прошла?

– Отлично она прошла, – с зевком отзывается Лео. – Ты, наверное, мировой рекорд установил по количеству людей на квадратный дюйм пространства.

– Да, тесновато было, – соглашается Тедди. – Как думаете, кто-нибудь обратил внимание на то, что здесь всего одна спальня?

– Нет, – твердо заявляю я.

– Кто-то разбил мамину вазу, – продолжает Тедди. – Надеюсь, она этого не заметит. Я не смогу купить новую, пока не устроюсь летом на работу.

– Мы сбросимся, чтобы ты купил вазу сейчас, – говорю я и, не давая ему возразить, добавляю: – Вернешь нам деньги потом.

– Скинешь их мне на «Визу», «Мастеркард» или отдашь леденцами, – шутит Лео.

– Спасибо, – смеется Тедди.