Темный источник

Накануне вечером они вместе поужинали (жаркое из говядины), посмотрели телевизор и пошли спать. Не поздно. Никто ничего не слышал и не видел. Должно быть, ночью или рано утром Рита выбралась из дома и пошла к бассейну. Когда бабушка нашла ее мертвой, она закричала и разбудила маму и Диану. Они побежали к бассейну, чтобы выяснить, что произошло. У бассейна они увидели бабушку с Ритой на руках. Она только что вытащила ее из воды, и ее халат был мокрым насквозь.

Я нашла Свидетельство о смерти.

В графе «Причина смерти» написано: несчастный случай.

Можно подумать, что все действительно было так просто.

Что Рита действительно утонула случайно.

Как бы не так!

Я выронила листок и рухнула на диван рядом с теткой. Она протянула мне косяк, но я покачала головой: только наркотиков мне сейчас не хватало! Диана с удовольствием затянулась еще раз, задержала дыхание, потом медленно выпустила дым.

– Две недели назад у Лекси было все благополучно. По крайней мере, мне так показалось, – повторила она.

– Как ты думаешь, что произошло? – спросила я. – Лекси отлично плавала. Как она могла утонуть? Что, если…

– Ты думаешь, это было самоубийство? Что она решила покончить с собой? – Плечи Дианы слегка опустились. – Боюсь, мы никогда этого не узнаем. Может быть, ей захотелось поплавать, но она не рассчитала силы и сделала слишком много кругов. Вообразила себя рыбой или дельфином… Внезапная судорога – и все. – Она покачала головой. – Нет, Джеки, вряд ли мы когда-нибудь докопаемся до истины.

Что заставило ее отправиться ночью к бассейну, что творилось у нее в голове в эти последние дни… об этом мы можем только гадать.

Лекси – танцующий дервиш. Этот образ сам собой возник у меня в голове, когда я снова окинула взглядом разгром в гостиной. Танцующий дервиш. Бешено вращающийся циклон, который оставляет за собой разрушения и хаос. Да, это было в ее характере – отправиться в магазин и накупить полный багажник ненужной дребедени, вооружиться кувалдой и передвигать стены в доме, брать уроки игры на волынке, чтобы лучше почувствовать свои шотландские корни, – и так до тех пор, пока ей не приходило в голову, что все эти занятия просто чушь собачья.

Она называла меня унылой, склонной к суициду плаксой, но именно мне приходилось тратить свою жизнь на то, чтобы ликвидировать последствия ее внезапных порывов, да еще всячески уговаривать ее снова начать принимать лекарства.