Безумный полдень

Как совершенно обычный день мог сделать такой поворот? Было ли это как-то связано с пропавшей чашей?

Или с проклятием?

Энни почувствовала, как похолодела ее кожа, словно от внезапно потянувшего сквозняка. Этот мужчина был ее работодателем. Она служила в его доме. С другой стороны, поезд уже ушел. Они стояли обнаженные в большой спальне, смятая одежда лежала у их ног. Поздно было притворяться, что ничего не случилось.

И сейчас Энни хотелось только одного – еще больше сблизиться с ним. Она подумала, не сказать ли ему, что у нее стоит спираль, но не хотелось разрушить столь деликатный момент прозаическим замечанием.

И она поцеловала его.

– О, Энни, – выдохнул он.

Она не была девственницей и имела представление, каким может быть секс. Но подобных ощущений она никогда не испытывала. Пальцы Синклера впивались в ее бедра, пока его губы ласкали ее, заставляя стонать от наслаждения.

Она и не думала, что Синклер может быть столь раскованным в постели. Он всегда казался ей таким консервативным.

Двигаясь с искусной плавностью, он доводил Энни до состояния, когда она готова была взорваться, но потом снова менял позицию, чтобы достичь новых высот. Увидеть – почувствовать – его, задыхающегося от желания к ней, сводило ее с ума.

– О, Энни, – снова пробормотал он, целуя ее в губы и погружаясь так глубоко, что, казалось, они могли стать единым целым.

– О, Син. – Так она называла его в своих фантазиях, словно герцога из ее любимого романа.

И теперь произнести его вслух показалось ей таким естественным, что она засмеялась от удовольствия.

Син – грех. Вот уж действительно. Но ощущения были настолько приятными, что в этом просто не могло быть ничего плохого. Синклер прижался к губам Энни, и все ее тело задрожало от пробежавшей по нему волне оргазма.

О боже. Она никогда не испытывала ничего подобного. С прерывистым стоном Синклер опустился на нее, потом перекатился на спину.

– О боже, – прошептал он. – О боже…

Глава 2

Он крепче прижал к себе ее расслабленное тело.

Синклера переполняло удивительное чувство покоя и умиротворенности. Второй бракоразводный процесс совершенно вывел его из равновесия. Он и не помнил, когда в последний раз чувствовал себя таким удовлетворенным. Он потянулся вперед и прошептал ей на ухо:

– Ты – чудо. – Их щеки соприкоснулись, когда губы Энни растянулись в улыбке.