Безумный полдень

Думаю, она до него доберется, когда восстановит свои силы. – Синклер осторожно спустил с двустворчатого шкафа большую коробку. – Не так уж много осталось на свете Драммондов. – Он усмехнулся. – А может, и в самом деле было какое-то проклятье?

Был ли проклят и Синклер? Казалось, он вел шикарную жизнь, разделяя свое время между пентхаусом на Манхэттене и другими домами. Каждый год Энни видела его здесь только несколько выходных, ну и, возможно, пару недель летом. Достаточно времени, чтобы мечтать о нем, но недостаточно, чтобы узнать его секреты.

Она отбросила в сторону эти мысли. Его личная жизнь ее не касалась.

– Кое-что из этих вещей не стоило оставлять здесь гнить. – Энни достала большую сервировочную тарелку из-под еще одного витка веревки. – Уверена, вы могли бы смело отвезти ее на «Антикварные гастроли».

Синклер присвистнул.

– Ну да. И сказать, что она была куплена в пятидесятых на распродаже у Вулворта. – Он добрался до огромного деревянного сундука – более обшарпанного, чем кожаные чемоданы и пароходные кофры.

– О, какие кружева! – Энни подошла и достала оттуда белоснежную ткань, обшитую тонким кружевом. – Даже не похоже, что это когда-нибудь носили.

Ткань оказалась тончайшей ночной рубашкой.

– Кому принадлежала эта одежда?

– Не имею ни малейшего понятия. Я ее не укладывал. – И опять эта насмешливая улыбка, которая всегда заставляла быстрее биться ее сердце. – У меня вообще нет привычки рыться в женских вещах.

– Нет, вы только посмотрите! – Отложив в сторону рубашку, Энни наклонилась над сундуком. Там лежало зеленое сатиновое платье с богато украшенным вышивкой лифом. – Я никогда не видела ничего подобного!

Синклер вытащил платье из сундука. Судя по всему, оно было бальное – приталенное, с глубоким вырезом.

– Потрясающе! И это синее под ним – тоже. – Она наклонилась и достала синее шелковое платье, расшитое мелким жемчугом. – Все это должно быть в музее! – Казалось преступлением оставлять здесь пылиться эти прекрасные платья даже еще на одну минуту.

– Вам этого так хочется? – Вид у Синклера был скептический. Конечно, ему нужно было найти свою чашу – только это его и волновало. – Ладно, давайте отнесем.

– Я возьму столько, сколько смогу унести! – улыбнулась она.

Синклер, подхватив в охапку платья, без малейшего колебания ступил на шаткую лестницу.