Безумный полдень

Разумеется, Синклер мог бы ею заинтересоваться. С другой стороны, она…

– Давайте я уберу посуду. – Энни встала и начала собирать со стола сервировочные тарелки.

– Ценность и красота часто вообще не имеют друг к другу никакого отношения, – услышала она за своей спиной голос Синклера. – Некоторые из моих самых выгодных вложений были сделаны в то, на что никто бы и смотреть не захотел, – в уран, бокситы, природный газ.

– Одним словом, ты из тех, кто предпочитает простые и скучные вещи, – заключила Кэтрин.

Энни съежилась.

– Да, я больше привык ценить полезные вещи.

– Господи, что же нам делать с вашим сыном?! – сокрушенно вздохнула Вики.

Энни переложила остатки картофеля в пластиковый контейнер – ее ужин.

– Один Бог знает, чего я только ни делала, все – бесполезно. Возможно, эта легендарная чаша – наш единственный шанс. – Женский смех вонзился ей в уши.

Когда Энни вернулась в столовую, чтобы забрать остальные тарелки, разговор перешел на другую тему – предстоящую вечеринку. На мгновение она почувствовала себя Золушкой, которой было назначено судьбой помочь всем подготовиться к балу, а самой остаться дома.

Она взяла тарелку с нетронутым хлебом и не смогла устоять, чтобы не бросить быстрый взгляд на Синклера. Он тоже смотрел на нее.

Она почувствовала дрожь и одновременно горячую волну желания. Он быстро отвел глаза.

– Я завтра пойду в море, – сказал он, посмотрев на мать. – На весь день.

– Ну, а мы с Вики начнем разбираться на чердаке.

Энни едва не выронила тарелки.

Ничего из этого ей никогда не принадлежало и никогда не будет принадлежать.

Она отнесла тарелки на кухню и поставила в посудомоечную машину.

«Он и не думает о тебе. Для него это было лишь минутным моральным падением. Минутным помешательством», – шептал ей разум.

– Энни. – Раздался за ее спиной низкий голос. Вздрогнув, она обернулась. Синклер стоял в дверях кухни.

– Да, – выдохнула она.

– Завтра. – Его глаза сузились, между бровей появилась морщина. – Когда мы будем одни.

Она кивнула, сердце стучало где-то в горле. Синклер повернулся и вышел из кухни. Под накрахмаленной рубашкой было видно, как сутулились его плечи.

Он вообще был очень молчалив сегодня, почти не участвуя в общем разговоре. Сначала она думала, что он просто решил сделать вид, что ничего не произошло.