Прошу любить и жаловать

Прошу любить и жаловать

Тимофей Бахманн

История про парнишку-подхалима, который устроился в отдел к шутнику-начальнику, не искренне и показушно смеялся над всеми его шутками, старался развеселить того сам, при этом совсем не проявляя себя в работе. А затем случилось то, что случилось…

Тимофей Бахманн

Прошу любить и жаловать

Однажды в наш офис пришёл устраиваться молодой человек. Начальник отдела Колганов пригласил его в кабинет, около получаса с ним беседовал. А когда они оба вышли оттуда, то довольный до безумия шеф обратился к нам:

– Коллеги, минуточку внимания! Вот бывает же такое, первый кандидат и в «яблочко».

Открытый, коммуникабельный, с отличным чувством юмора. Что говорить, у него даже фамилия весёлая, знаете какая? – и, заливаясь от смеха, добавил, – Хазанов! Представляете? Он же будто специально послан в наш хмурый коллектив.

Хмурый коллектив? – подумал я. Ну-ну. Посмотрим на этого Хазанова через месяц. Выдержит ли, не сбежит? Ты ведь своими бесконечными шутками любого доведешь.

Юмор твой далеко не каждый поймёт.

И вот вскоре настал первый рабочий день нашего нового сотрудника. Мы с коллегами тепло его приняли, помогли с организацией рабочего места. А потом, в десять часов утра, собрались всем отделом у Колганова на ежедневном совещании.

Там шеф пробежался по рабочим вопросам, выслушал, указания дал. Закончил же, как всегда, одним из своих любимых шуточных наставлений, над которым обычно никто не смеётся, кроме, разумеется, самого рассказчика.

Но вдруг, помимо тошнотворного смеха начальника, в этот раз послышался ещё и заливистый хохот новенького:

– Ха-ха… Как, как Вы сказали? – переспросил, вытирая слёзы, Хазанов. – Никогда такого не слышал. Как же тонко и иронично подмечено.

Довольный собой, Колганов приятно удивился и, получив порцию признания, пусть и от единственного сотрудника, буквально тут же расцвел на глазах:

– Во-от! – показал он на новенького.

 – Видите, человек меня понимает. Сразу видно – парень позитивный, и в юморе разбирается. А вы что? Да на вас же даже после шутки смотреть тошно. Мрачные, как…

Сделал небольшую задумчивую паузу и задорно выдал:

– Как небо в сентябре!

Хазанов снова рассмеялся, отметил его сравнительный оборот, после чего восторженно сказал:

– А ведь Вы мне, Аркадий Васильевич, одного артиста напоминаете. Фамилию, правда, не помню. Комедийного жанра он.