Зимняя роза

Уиш посмотрел на сестер:

– Я вам ничем не помог?

– Ни капельки, – ответила Индия.

– Хм… Наверное, в деньгах я разбираюсь лучше, чем в любви. – Он встал, собираясь уйти. – До встречи за ужином, дорогие.

Уиш ушел. Мод повернулась к Индии и увидела, что состояние у сестры ничуть не изменилось.

– Индия!

– Чего?

– Ты не ответила на мой вопрос. О своих чувствах. Я имела в виду…

– Я знаю, что? ты имела в виду, – раздраженно ответила Индия.

– Значит, ты любишь Фредди?

– Уиш меня уже спрашивал.

– Я тебя отлично слышала. Вот только не поверила.

– В таком случае… нет, – уже не раздраженно, а сердито ответила Индия. – Я не люблю Фредди. И поэтому я намерена выйти за него. Когда-то у меня были чувства. Давным-давно. Не хочу повторения.

– Хью? – спросила Мод, но Индия промолчала. – Ты не обязана выходить за Фредди.

– Я хочу за него выйти. Мы люди одного круга. Он прекрасный человек.

– Ты хочешь сказать, надежный.

– Пойми, Мод, Хью был фантазией, – сказала Индия. – Мы обе это знаем. Фантазией, состряпанной глупой романтической девицей.

– Не помню, чтобы в то время ты отметала Хью как фантазию. Наоборот, ты была раздавлена случившимся.

Индия покачала головой:

– Все это – чепуха. Об этом интересно читать в романах. А жизнь – она другая. Хорошие браки строятся на общих интересах, одинаковом происхождении, симпатии, уважении, заботе и совсем не обязательно на любви.

– Откуда ты набралась такой мудрости? Из своих учебников?

– Давай, Мод, зубоскаль. Как насчет Даффа? Там была сплошная любовь, страсть и… плотское влечение. Мы все пытались тебя отговорить, но ты уперлась, и ни в какую.

В свои девятнадцать Мод вышла замуж на Даффа Хэддона, сына герцога. Он был неотразимо обаятелен, остроумен и всегда становился душой компании. К сожалению, он был еще и пьяницей. Это Мод обнаружила вскоре после замужества. Они отправились в Каир.

– Да, Инди, я допустила чудовищную ошибку. И мы все это знаем. Для тебя – весомый аргумент в споре. Дескать, ты, сестричка, была впечатляющим примером, и я не хочу повторять твоей ошибки. Но если ты так скажешь, то наврешь, и прежде всего самой себе. А правда совсем другая.