Поэтический семинар Юрия Кузнецова

Когда ему посоветовали поставить «журавля» к колодцу, чтобы облегчить труд, он ответил: «Человек, который трудится с помощью машины, сам становится машиной. У человека, ставшего машиной, сердце тоже становится машинным. А машинное сердце, теряет святую простоту».

Поэты о детстве

Гельдерлин – младший современник Гете. Половину жизни он был не в нашем мире – страдал душевным расстройством. Он был покорен Древней Грецией. Его творчество было опрокинуто в античность. В его «Античных стихотворениях» есть стихи о детстве.

Это зерно всего детского мировосприятия.

Мне ясна была тишь эфира,

Непонятна людская речь.

Я рос под шепот

И шелест рощ.

Меня цветы

Любить учили,

Боги взрастили меня.

Удивительно, что это главное зерно детского восприятия в поэзии появилось в ХIХ веке, а не в древности. Вся остальная поэзия Гельдерлина – раскрытие этого зерна.

Антонио Мачадо, испанский поэт.

Пегасы, красавцы пегасы.

Мои деревянные кони…

Детские карусельные лошадки как пегасы носят ребенка.

Кстати, лошадки едут по кругу – это по-испански. А по-русски так: «Все по кругу, по кругу, по кругу, а когда мы рванем по прямой?» Это написал мой однокашник по учебе, он сейчас исчез.

Бунин: «Сердцем помню только детство: / Все другое – не мое». И Христос бы это одобрил, и Лао-цзы!

Ужасно, когда в четырнадцать лет пишут как взрослые.

Святость древности связана с утренним раем детства.

Норвежский поэт Гуннар Рейсс-Андерсен

Два ребенка

Играли два ребенка на берегу мирском.

Над сушей было солнце, и мрак – на дне морском.

Играли два ребенка со временем-песком.

И белые мгновенья меж пальцами текли.

Что ж мы в песке искали, да так и не нашли?

И вот уж мрак возобладал над пламеневшим днем.

И вот мужчина с женщиной ушли во мрак вдвоем.

Играть ли будем в звезды, как некогда – с песком?

Вроде бы – просто стихотворение, а написано перед лицом вечности!

Старость перекликается с детством. Старость и детство близки с разных сторон к океану вечности.

Только нет свежести. Французское выражение, которое позже стало песней: «О если бы молодость знала, о если бы старость могла!»

Рей Бредбери инфантилен, но тема детства у него есть.

Ответы на вопросы

ЮК: Гофман – мистик. Мне очень нравился. Его сказки – «Золотой горшок», «Крошка Цахес» – настоящие. Сейчас, правда, я его читать не могу, так как у него слишком много риторики. У меня, может, возраст прошел.