Из крови и пепла

– Откуда мне знать?

– Его имя знают все женщины в городе.

– Это имеет какое-то отношение к делу?

Губы Виктера дернулись, словно он подавил улыбку.

– Он очень красивый молодой человек, по крайней мере, мне так говорили, и нет ничего страшного в том, что ты его заметила. – Он отвернулся. – До тех пор, пока ты его только замечаешь и ничего больше.

Мои щеки жарко вспыхнули, потому что я сделала больше, чем только заметила Хоука.

– Когда бы у меня появилась возможность что-то сделать, кроме как замечать его, что, смею тебе напомнить, строжайше запрещено?

Виктер опять рассмеялся, и я нахмурилась еще сильнее.

– Когда тебя останавливали какие-то запреты?

– Это другое, – сказала я, удивляясь, что боги не покарали меня на месте за такую откровенную ложь. – И когда бы у меня была возможность сделать что-то подобное?

– Рад, что ты это понимаешь. Пора тебе заканчивать с приключениями.

У меня внутри все перевернулось.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Он не обратил внимания на мои слова.

– Раньше я не слишком заботился о ваших с Тони вылазках, но после того, что случилось в саду, им нужно положить конец.

Я захлопнула рот на замок.

– Думаешь, я не знал? – Он расплылся в самодовольной улыбке. – Я следил, даже когда ты не подозревала.

– Ну, это… гнусно.

Я не хотела знать, известно ли ему о моем визите в «Красную жемчужину».

– Гнусно или нет, просто вспомни мои слова, когда в следующий раз будешь красться посреди ночи.

– Но?

У меня заколотилось сердце, я едва заметила, что Виктер забрал у меня стакан.

– Но его умения исключительны, он лучше многих королевских гвардейцев. Я вчера вовсе не льстил его самолюбию, когда это сказал. В столице о нем были высокого мнения, и, похоже, он близок к капитану Янсену. – Виктер допил воду. – Не удивлюсь, если его повысят в обход других.

Мое сердце заколотилось о ребра.

– Но… но стать моим телохранителем? Наверное, больше подошел бы кто-то лучше знакомый с городом.

– На самом деле больше подойдет новый человек, менее склонный к расслабленности. Он будет смотреть на вещи не так, как мы, прожившие здесь долгие годы. Видеть слабые места и угрозы, которые мы можем проглядеть. И вчера он показал, что может без проблем выйти вперед там, где остальные стоят на месте.