Она принадлежит мне

Нашёл работу, которая подкармливает тебя? Теперь иди стремительно по карьерной лестнице. Обучился? Этого мало, никогда не забрасывай учёбу. Постоянно совершенствуйся и никогда не соглашайся на меньшее. Токсичная мотивация, привитая нам с детства, привела только к неуверенности к себе. Нас заставили поверить, что, если мы на постоянной основе не будет доказывать свою полноценность – мы никто.

Пришло время избавиться от этих страхов и осознать, что нам не нужно одобрение общества, чтобы быть кем-то. Мы уже являемся кем-то, просто существуя.

***

Айзек ехал в город раз в три недели, чтобы накупить продуктов, и когда он вошел в гостиную с большой картонной коробкой в руках, меня это удивило.

– Что в коробке? – спросила я с любопытством, разглядывая его.

– Это телевизор! – гордо объявил он, ставя коробку на журнальный столик.

Я была удивлена, зная, что Айзек не был поклонником телевидения.

– Но я думала, ты был против того, чтобы в доме был телевизор? – спросила я, приподняв бровь.

– Да, но кто-то сказал, что любит смотреть фильмы. Что за человеком я буду, если тебе не предоставлю хоть какое-то развлечение?

– Спасибо тебе большое, но тебе правда не стоило. Мне здесь и так не скучно.

– Это середина леса, из самого интересного тут война белок, которые желуди не могут поделить.

Я громко засмеялась.

– Зачем ты так? Я правда ни разу не находила себя скучающей.

– Тебе точно 19? Не 49? Может принести пряжу и нитки принести? Будешь взять?

– Ой можно подумать ты у нас дедушка!

Мы ещё долго дразнили друг друга, пока настраивали телевизор.

Мы решили посмотреть фильм как услышали сильные порывы ветра. Айзек решил принести больше дров, чтобы утеплить помещение.

Когда он закончил, то устроился возле меня на диване. Я заметила, что он потирает шею и выглядит напряженным.

– Ты в порядке? – спросила я, заметив его дискомфорт.

– Да, это просто чертова боль в шее.

– Давай, я разомну тебе её немного. Это поможет. – предложила я, уже вставая со своего места и направляясь к нему.

– Нет, все в порядке. Оно само пройдёт скоро, – запротестовал Айзек, но я видела боль в его глазах.

– Да ладно тебе, Айзек. Я обещаю, что после тебе станет намного лучше, – настаивала я, вставая позади него.