Она принадлежит мне

Это прикосновение было такое нежное и мягкое.

– Боль неизбежна, а страдание необязательно. Боль – это часть жизни, но только от нас зависит как мы будем на неё реагировать. Мы можем либо позволить этому победить нас, либо использовать это, чтобы стать сильнее.

Я не могла не почувствовать некоторого раздражения от его столь философского ответа. Это казалось банальным ответом на мою самую настоящую боль.

Но раздражение шло от осознания, что он прав.

Айзек продолжил:

– Ты через многое прошла, и это нормально чувствовать себя измученной и недоверчивой к происходящему.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, чувствуя утешение в его словах. Он был прав: я пришла так далеко и могла не продолжить идти.

Только сейчас я заметила что-то мокрое на его рубашке. Именно тогда я поняла, что это были мои слезы. Меня охватило смущение, но Айзек лишь тряхнул рукой на это.

– А ты не мог бы переночевать здесь сегодня? – сказала, я раньше, чем смогла осознать сказанное.

Ну после того как я так сильно испугалась, мне же нужен кто-то рядом?

Айзек согласился и застелил себе место на полу рядом с диваном.

Устроившись, он снял рубашку через голову, обнажая подтянутую и мускулистую грудь, крепкую спину, покрытые замысловатыми татуировками. Его богатырские плечи сужались к подтянутому животу, привлекая внимание к мощным рукам и груди.

У меня перехватило дыхание.

Его татуировки тянулись по его плечам и вниз по рукам, обвивая бицепсы и предплечья. Когда он повернулся ко мне лицом, я смогла разглядеть еще больше татуировок, которые протягивались до пояса брюк.

Парни в детском доме были совсем не похожи на него: они были тощими и бледными, словно едва достигшими половой зрелости.

– Кристал?

– А? Что? – мне сразу стало стыдно, что я залипла.

– Спокойной ночи, – Сказал он, улыбаясь.

– Спокойной… – ответила я, чувствуя, как горели мои щёки.

Я долго не могла уснуть и постоянно ерзала по дивану, услышав шум снизу, я поняла, что не единственная кто не мог уснуть.

– Айзек, – тихо позвала я.

– Да?

Я слегка привстала и посмотрела него.

– Тоже не можешь уснуть? – Спросила я.

Он покачал головой.

– Хочешь, я расскажу тебе историю?

Я смеюсь, и этот звук едва слышен в ночной тишине.

– Сказка? – переспросила я с любопытством.

Он кивает, его губы растягиваются в легкой улыбке.

– Да, сказка. Это могло бы помочь тебе заснуть. – повторил он, и на его губах появилась легкая ухмылка.