Она принадлежит мне

Я попытался взять себя в руки и спросил небрежным тоном:

– Когда я это сказала?

Он на мгновение заколебался, прежде чем ответить:

– Э-э, я думаю, это было позапрошлой ночью. Ты разговаривала во сне.

По моей спине пробежала дрожь. У меня не было никаких воспоминаний об этом.

Что ещё я могла сказать неосознанно?

– Должно быть, это было тяжело, – сказал он, прерывая молчание. – Жить в детском доме.

Я кивнула, благодарная за смену темы. Я не хотела больше копаться в своем прошлом. Это была темная и болезненная глава моей жизни, которую я хотела бы держать под замком.

Айзек, казалось, понял мое нежелание говорить об этом и не стал настаивать на этом. Вместо этого мы погрузились в уютную тишину, единственным звуком в комнате было тихое потрескивание камина и постукивание пальцев Айзека по клавиатуре.

Что же он пишет?

Его пальцы двигались со скоростью и точностью, свидетельствующими о том, что он делал это часто и много.

– Над чем ты там работаешь? – спросила я, кивнув в сторону его компьютера.

– Ничего такого. Мне надо вернуться в лес, докончить начатое. Тебе что-то нужно?

– Помоги мне пойти на кухню, я сделаю салат пока ты вернёшься.

***

Айзек ушел работать в лес, оставив меня наедине со своими мыслями.

Он вошел и в дом сразу ворвался запах древесного дыма и зелени. Он выглядел измученным, но его глаза загорелись, как только он увидел меня.

– Ты уже вернулся? Как прошел твой день? – спросила я.

– Хорошо. Многое успел сделать, – ответил он, потирая руки.

Когда мы сели ужинать, атмосфера стояла неловкая. Это было так, как будто я была на свидании с незнакомцем. Айзек, казалось, слишком старался завязать разговор, но между нами чувствовалось скрытое напряжение. Я решила спросить как давно он живет в лесу и почему.

Айзек поднял взгляд от своей тарелки.

– Уже несколько лет, – говорит он. – Что касается причины, ну, это потому, что я нахожу здесь покой. В городе слишком шумно, слишком многолюдно. Там трудно услышать свои собственные мысли.

Я киваю, внимательно слушая.

– Где-то я могу это понять, – говорю я. – Город порой может быть изматывающим. Хотя будучи в контакте со столькими людьми и такое долгое время – привыкаешь. Порой даже скучаешь.

Айзек улыбнулся. Казалось, что он хотел сказать что-то, но в последний момент передумал и просто согласился:

– Я рад, что ты понимаешь,

Несколько мгновений мы продолжаем есть в тишине, прежде чем я заговорила снова.