Чемпион по разбиванию сердец

Это отличная возможность узнать его чуть лучше».

– Какой большой! – указала она на амбар.

– Когда-то он был меньше. Мы с отцом приложили много усилий, чтобы расширить бизнес. И хотя снаружи это строение выглядит обычно, внутри все переделано по последнему слову техники. Хочется, чтобы винодельня Де Фьори стала знаменита и переходила в нашей семье от поколения к поколению.

– Уверена, ваши дети признательны вам за ваш труд…

– У меня нет детей. – Этот поспешный ответ застал Джулс врасплох.

– Я так и предполагала.

– Нет. – Он потер затылок. – Может, дети Данте заинтересуются виноделием.

«Странно, почему он так отреагировал на вопрос о детях»? – подумала Джулс.

Не исключено, это как-то связано с тем, что очень ее удивило: на вилле, кроме Марии, вообще нет женщин. Почему? Ведь Стефано – очень красив. Честно говоря, если бы Джулс решила поразвлечься под жарким итальянским солнцем, именно этот мужчина был бы первым в ее списке.

– А что насчет вас? – вывел ее из задумчивости голос собеседника. – Вы собираетесь обзавестись семьей?

Никто, даже Лиззи, не задавал еще Джулс подобный вопрос. Но, раз уж она первая заговорила со Стефано на эту тему, нужно ответить.

– Неужели по моему виду можно сказать, что я гожусь в матери?

– Уверен.

– Вы даже не смотрите на меня.

Он остановился, повернулся к ней и, помолчав, сказал:

– Думаю, что под всем этим макияжем скрывается красивая женщина, которая может заполучить все, что пожелает.

Сердце Джулс пропустило удар. Стефано считает ее красивой? Такого она тоже ни от кого раньше не слышала. И что на это ответить?

– Спасибо, но не нужно пытаться поднять мне настроение.

– Я сказал так вовсе не поэтому. – Он по-прежнему не отводил взгляда, глаза его потемнели. – В вас есть что-то особенное.

Сердце затрепетало. Отчаянно захотелось затеряться в объятиях этого мужчины и выяснить: так же ли романтичны его поцелуи, как в старых черно-белых мелодрамах.

– Я не знаю, что сейчас модно. Полагаю, ваш макияж и темная одежда – это дань моде.

Джулс окинула взглядом свой черный наряд. Она никогда не задумывалась над тем, как выглядит. Просто одевалась и красилась подобным образом уже много лет. Так было удобнее прятать уродливые шрамы – напоминание о тех годах, которые хотелось забыть навсегда.