Языки Пао

Приложив ухо к двери, он прислушался, после чего тремя широкими упругими шагами приблизился к окну. Выглянув в окно, он не заметил ничего, кроме светящегося прибоя и звезд. Раскольник прикоснулся языком к чувствительному участку с внутренней стороны щеки; у него в голове – во внутреннем ухе – зазвучал едва слышный голос диктора из Эйльжанра: «Вести от айудора Бустамонте с острова Перголаи: слушайте, слушайте! Происходят важные события! Во время предательского нападения на панарха Айелло пострадал и медаллион – ему нанесена тяжелая травма, врачи считают, что он вряд ли выживет! За его состоянием неотрывно наблюдают лучшие врачи Пао.

Айудор Бустамонте призывает все голоса объединиться в гимне надежды на выздоровление наследника!»

Палафокс выключил приемник, снова прикоснувшись языком к щеке, повернулся к Берану и поманил его пальцем. Беран приблизился. Наклонившись, Палафокс прошептал ему на ухо: «Мы в опасности. Каждое слово прослушивается. Ничего не говори – только наблюдай за мной и не медли, когда я подам знак!»

Беран кивнул.

Палафокс снова стал осматривать камеру, тщательнее, чем раньше. Пока он этим занимался, небольшая часть двери стала прозрачной, и кто-то заглянул в образовавшийся глазок.

Палафокса охватило внезапное раздражение – он поднял было руку, но сдержался. Вскоре надзиратель ушел, и стекловолокно двери снова стало матово-белым.

Чародей быстро подошел к окну и вытянул указательный палец. Из пальца вырвался тонкий, как игла, светящийся луч, быстро, с тихим шипением резавший толстый клеакс.

Стекло выпало и, прежде, чем Палафокс успел его подхватить, исчезло в темноте.

Палафокс прошептал: «Сюда! Скорее!» Беран колебался. «Скорее! – шептал раскольник. – Ты хочешь жить? Забирайся мне на спину, живо!»

Снизу послышались голоса и топот – они становились громче.

Уже через мгновение дверь отодвинулась; в проеме стояли три мамарона. Несколько секунд они озирались по сторонам, после чего подбежали к окну.

Им в лица дул свежий ночной ветер.

Капитан отвернулся от окна: «Вниз, ищите их! Если они сбежали, на рассвете все мы будем дышать морской водой!»

Обыскав сады и сооружения острова, нейтралоиды не нашли, однако, никаких следов Палафокса или Берана. Стоя под звездами, мамароны спорили тихими мягкими голосами, и через некоторое время приняли решение. Их голоса смолкли; чернее ночи, охранники сами растворились во мраке – их больше никто не видел.