Шато д'Иф и другие повести

Насколько ему было известно, все фалиды выглядели одинаково. По меньшей мере, человеческий мозг не мог распознать в них никаких внешних отличительных признаков.

Он опустился на опорный лоток, освобожденный погибшим пилотом-фалидом.

Второй пилот, полностью сосредоточенный на приборах управления, успел, однако, обратить внимание на Рэча краем оптической прорези: «Что произошло?»

«Зау-Амуз дал новые указания, – ответил Рэч. – Надлежит приземлиться далеко от космического порта, в дикой местности».

Пилот отозвался резким жужжанием: «Странно! Это противоречит последним указаниям. Он сообщил точные координаты места приземления?»

«Он разрешил нам руководствоваться собственным суждением, – пояснил Рэч, чувствуя, что, с точки зрения фалида, говорил нечто беспрецедентное. – Всего лишь следует выбрать подходящий удаленный от населенных мест участок и приземлиться».

«Странно, странно! – жужжал пилот.

«Нет! – повелительно проскрежетал Рэч. – Сейчас он занят и не хочет, чтобы его отвлекали».

Пилот отрегулировал несколько приборов на панели управления. Рэч, не имевший никакого представления о том, в чем заключались его функции, продолжал сидеть, тревожно глядя в иллюминатор.

Пилот внезапно заметил его бездействие. «Внимание! Выполняй обязанности! – гневно прожужжал он. – Компенсируй радиальный момент вращения!»

«Я болен, – пожаловался Рэч, – я плохо вижу. Компенсируй момент вращения сам».

«Что ты придумал? – яростно возмутился пилот. – С каких пор глаза отказываются служить фалиду? Ты забыл о Бза?»

«Тем не менее, таково положение вещей, – возразил Рэч. – Тебе придется посадить корабль в одиночку».

Так как ему не оставалось ничего другого, пилот, приглушенно жужжавший от нервного возбуждения, испуга и замешательства, сосредоточился на решении свой задачи.

Планета увеличивалась, ее поверхность распространилась за пределы иллюминатора. Рэч продолжал неподвижно сидеть – к своему удивлению, он заметил, что его даже забавляли лихорадочные попытки пилота делать работу за двоих.