Мыслитель Миров и другие рассказы

«Да, они уверены в себе. Но как только упоминается Земля, они ведут себя так, словно ты вспомнил об Алакланде среди изгнанников-лаков. Земля для них – святыня».

Бетти пожала плечами и стала переодеваться: «Наверное, всему этому есть простое объяснение. В данный момент я устала от догадок. Пойду мыться. Вода, вода, вода! Фонтаны и водопады!»

Они нашли Клэя в большом продолговатом зале, в компании его добродушной супруги и четырех младших детей, каковых старейшина церемонно представил гостям.

Ральф и Бетти уселись на диван, и Клэй налил им бледного желтовато-зеленого вина в маленькие фарфоровые пиалы, после чего сам присел в кресло напротив: «Прежде всего позвольте мне объяснить происхождение нашего мира – или, может быть, вы уже догадались сами?»

«Могу предположить, что эта планета была колонизирована, а затем забыта – потеряна», – сказал Ральф Велстед.

Клэй печально улыбнулся: «Колонизация Приюта носила трагический характер. Двести семьдесят один год тому назад пассажирский звездолет „Этрурия“ потерял управление на пути к Ригелю.

По свидетельствам того времени, в соединительной коробке привода произошло замыкание и сплавились электрические шины. Попытка вскрыть коробку, чтобы заменить шины, привела бы к коллапсу гиперпространственного поля. А в отсутствие ремонта корабль продолжал бы лететь, пока не истощились бы источники энергии».

«В те времена это нередко случалось, – заметил Велстед. – Как правило, инженер отключал двигатели с одной стороны, после чего корабль летал по кругу, пока не подоспевала помощь».

Клэй скорбно поморщился: «На борту „Этрурии“ никто не догадался это сделать. Звездолет покинул известную область Галактики и, наконец, приблизился к солнечной системе, планета которой, судя по всему, могла быть пригодной для жизни. Шестьдесят три человека сели в спасательные шлюпки и приземлились на Приюте. Тридцать четыре человека мужского пола, двадцать пять женщин и четверо детей – группа самого разнообразного расового и возрастного состава, от восьмилетней Дороти Пелл до Владимира Хоча, семидесяти четырех лет от роду.

Мы все – триста миллионов человек – потомки этих шестидесяти трех».

«Вы быстро размножились!» – с восхищением заметила Бетти.

«Большие семьи, – отозвался Клэй. – У меня девять детей и шестнадцать внуков. С самого начала мы стремились сохранить земную культуру в неприкосновенности для потомков, научить их тому, что мы знали о человеческих традициях.