Маск: Тэйри

В трехэтажном пассаже предлагались студни, желе, засахаренные фрукты, сушеные пикули, сотни разнообразных консервов. В другой лавке торговали джанскими кружевами, в следующих – акустическими усилителями, чертежными принадлежностями, столовым серебром и ножами, бестиариями, глобусами старой Земли, сонниками. В большинстве своем это были небольшие предприятия, основанные не менее трехсот-четырехсот лет тому назад, а два или три заведения почтенной древности уже превратились в общественные учреждения. Визрод! Небольшой город на полузабытой планете в центре Большой Дыры, но для тариотов – средоточие разумной жизни… Джубал медленно поднялся на ноги.

Определив стороны света по величине угла между Морой и Скаем, он двинулся примерно в направлении залива Тенистерле.

Но Визрод, город таинственный и сложный, снова унизил Джубала. Горец бродил взад и вперед по пересекавшимся под всевозможными углами улицам и тупикам, выходя на почти безлюдные маленькие площади, спускаясь и поднимаясь по истоптанным ступеням узких лестниц-переулков.

Просторный бульвар, вплотную обрамленный высокими многоэтажными домами, неожиданно упирался в фасад Дворца поминовений. В конце концов Джубал остановил кеб и потребовал, чтобы его отвезли на Парадную набережную. «Набережная в двух шагах, – заметил извозчик, оглядывая Джубала с головы до ног. – Почему не пройти пешком?»

«Запутался я в вашем проклятом лабиринте, – признался Джубал. – Отвезите меня на берег залива, в какой-нибудь приличный отель, где можно дышать морским ветром».

«Такому, как вы, гостиница „Кораблекрушение“ подойдет как нельзя лучше».

«Пусть будет „Кораблекрушение“, поехали», – печально вздохнул Джубал.

Экипаж прогромыхал по Парадной набережной к гостеприимно-неряшливому строению, спрятавшемуся под тенистыми кронами трех старых сыродалей, с длинной верандой, обращенной к заливу, и таверной, где подавали эль, вино, устричный пунш и жареную рыбу для желающих подкрепиться – такова была гостиница «Кораблекрушение».

Джубалу отвели комнату с выходом посреди веранды. В таверне он рассеянно покончил с парой рыбных котлет и кружкой пива, после чего мрачно поднялся на веранду.

У двери, ведущей в номер, его ждал высокий молодой человек, со скучающим видом наматывавший на палец цепочку небольшого кульбраса. Стройный, томный, в высшей степени элегантный незнакомец всей своей внешностью демонстрировал умудренность жизнью и привычку вращаться в сферах, недоступных непосвященным.