Вспомнить всё

За стуком комьев земли и деревянную крышку гроба она почти не слышала его голоса. Этот звук кажется оглушительным. – Как ты себя чувствуешь, Ванесса?

Она всхлипнула и спешно утерла слезы. В те времена о ней заботилась только бабушка – следила за успехами в учебе, общалась с врачами и оплачивала лечение. Бесполезное, потому что реабилитация не дала должного результата. Врачи надеялись на то, что с последствиями травмы удастся справиться хотя бы частично, но ничего изменилось – тело Ванессы и по сей день парализовано ниже пояса.

Но тогда, будучи ещё совсем маленькой девочкой, прикованной к инвалидной коляске, она верила в лучшее вместе с бабушкой.

Мистер Джейсон помогал по мере сил. Часто заходил к ним домой или отвозил бабушку за продуктами. Ванесса привыкла к нему, словно к отцу или старшему брату: в какой-то момент начало казаться, что он – тоже часть их маленькой семьи. Но обращалась она к нему как подобает и никогда не позволяла себе пересечь черту.

Бабушка Анна воспитала её приличной и скромной девочкой.

И мистер Джейсон оставался мистером даже когда заходил к ним домой. Даже тогда, когда она вытирала лицо его платком.

– Не знаю, – честно призналась Ванесса. Взгляд затуманен слезами, она едва-едва могла рассмотреть его мрачное лицо, а зачитывающий последнюю молитву над могилой бабушки священник казался тёмной расплывчатой тенью. – У меня будто дыра где-то, но я не знаю, где и что с ней делать. У вас такое бывало, мистер Джейсон?

Она кусала тонкие губы и в тот момент едва ли осознавала, каким глупым мог оказаться этот вопрос.

Конечно же бывало. Может, он и вовсе был привязан к бабушке Анне и чувствовал себя немногим лучше неё, просто не показывал своих чувств.

Ванесса опустила взгляд и взглянула на землю под колесами коляски. Ей стало стыдно.

– И не раз, – его печальной улыбки она не заметила, зато почувствовала, как он потрепал её по волосам. Мягко, с осторожностью. – У вас же никого больше не осталось?

Когда-то бабушка рассказывала Ванессе, что после смерти родителей у неё не осталось родственников.

Ни братьев, ни сестёр, ни других детей. Лишь сама Ванесса.

«Только друг на друга мы и можем рассчитывать, милая моя», – часто повторяла та. Смеялась всегда так ярко и заразительно, словно не иронизировала над несправедливостью жизни. Старушка на пенсии и девчонка-инвалид – хорош дуэт.

Смеялась. Чувство вины скреблось внутри уже тогда, пробивалось сквозь остальные мысли и заставляло Ванессу сжимать руки в кулаки.