СМЕРШ – 44

– Товарищ старший лейтенант, держите меня в курсе каждого выхода диверсантов в эфир, – обратился к офицеру Александр.

– Хорошо, товарищ капитан….

Машина дернулась и остановилась. Костин открыл глаза и посмотрел на водителя. Полуторка стояла в поле, в пятидесяти метрах от дороги темнел лес. Александр открыл дверь полуторки и выбрался из кабины. Накатанная машинами дорога петляла по полю и скрывалась за могучими деревьями.

– Куда дальше, товарищ капитан? – спросил Александра водитель.

– Сейчас определимся.

Он вышел из машины и стал внимательно осматривать местность.

«Здесь вести передачу опасно, – подумал Костин. – Если бы мне нужно было бы выйти в эфир, то я это бы сделал с опушки леса. Тебя с дороги не видно, а ты видишь все и всех».

– Давай, к лесу, – приказал он водителю, забираясь в кабину полуторки. – Посмотрим, что там…

Машина скрепя рессорами медленно двинулась в сторону леса.

«Как бы, не нарваться на бандитов, которыми кишит этот район, – подумал капитан. – Да и если застрянешь в грязи, шансов выбраться обратно без посторонней помощи, будет маловато».

Он вытащил из автомата диск и, убедившись, что тот полон патронов, снова вставил его обратно.

– Вот здесь останови, – произнес Александр. – Хочу немного прогуляться. Оружие у тебя есть?

Заметив кивок Захарова, Александр улыбнулся. Машина остановилась. Костин, взяв в руки автомат и выбрался из кабины.

***

Капитан Костин медленно шел вдоль опушки леса, внимательно осматривая местность.

«Ну, откуда ты вел передачу? Лучшего места найти сложно…, – словно заклинание, повторял он снова и снова, не отрывая своего взгляда от земли, заросшей прошлогодней травой. – Но где, же следы, ведь они не ангелы и летать над землей не могут? Может, я ошибаюсь, но лучшего места для выхода в эфир поблизости нет».

В глазах пестрило от голых стволов деревьев и сухой прошлогодней травы.

«Видимо, не мой день, – решил он. – Не мог же я «промахнуться» с местом. Если они вели сеанс отсюда, то лучшего места здесь просто нет».

Костин остановился и, достав папиросу, закурил. Сняв с головы фуражку, он вытер платком вспотевший лоб. Он с сожаленьем посмотрел на свои новые хромовые сапоги, заляпанные грязью.