7-е декабря

Стёпино утро прошло хорошо, ведь оно началось с воскресных утренних мультиков. Ради них он вставал, как по будильнику. Он старался быть тихим, как мышь, чтобы не разбудить и так уставшего дедушку. Вчера он весь вечер ремонтировал забор. А вечером опять сидел у себя в комнате за письменным столом и что-то писал или вырисовывал. Степка не стал отвлекать дедушку по его же просьбе. Он пошёл на кухню, хотел взять что-нибудь вкусного, но его желание прервал писк за окном, похожий на скрип расстроенной скрипки.

Степа подбежал к окну и увидел в нем светлый святой пушок радости и счастья. Он был не грешный, совершенно невинный, словно солнце, от него так и веяло добром, принесённым ночною тьмой – Дремой. Степа отодвинул с подоконника дедушкины фиалки, кактусы и прочие растения. Он пытался забрать котёнка у кошки, но она крепко держала его в зубах, царапалась и рычала. Степка через крики и боль занёс Дрему в дом, после чего закрыл окно и расставил всё на свои места.

Дедушка ещё спал, но из детских мультиков Стёпа вспомнил, что едят котята, и налил ему молока в его любимое блюдце.

А сам тихонько пошёл будить дедушку, всё же надо обрадовать его такой находкой:

–Деда-а-а, вставай, у нас тут чудо, – прошептал мальчик дедушке на ухо.

–М-м-м? Чудо будет, если я посплю ещё часа 3,– пробормотал дед.

– Ну ладно, спи ещё, бабай.

– Спасибо, бородатый гном, – усмехнулся дед.

Степа вернулся к котёнку, а блюдце уже опустело.

«Котенок? Как-то не правильно, – подумал Степа, – Люси? Марья? А вдруг мальчик? Хм-м, может Кузя? Или Персик? Не, персик рыжий, а он белый как снег. Пушок? Тоже нет, он гладкий, а не пушистый. Барс? Слишком легко. О! Будет Бит, Бити. Да-а, и имя как раз для обеих кошек, будет Бит, – рассуждал сам с собой Степа». Утренние мультики сменились новостями. И проснулся дедушка.

– Деда! Деда! Смотри, какое чудо! Какой он красивый,–с радостью рассказывал Степа.

–Да-а, всё же не дал мне дос… Ох-ох, он и вправду чудный, внучок, но мы не можем его остав…– не успел дед сесть и договорить, как его своими криками и ласками перебила Дерма. Её крики слышны были даже на улице. А рот деда она закрыла своими лапами, так и умоляя оставить котёнка у себя.