Тёмные времена 1. Раб

Несколько раз за ночь мама просыпалась и поила дочку, а девочка пила грамм по сто. Утром она уже улыбалась.

– Теперь этот розовый раствор пей сегодня весь день понемногу.

После обеда девочка уже бегала.

Наши рабы и ближних поместий перешёптывались между собой о новом лекаре. Мои акции, как авторитетного учёного и «народного целителя» поползли вверх. Вскоре мне пришлось совершить ещё один лекарский подвиг, но тут я работал вместе с нашим лекарем Угрём и Любомиром, которые мне ассистировали. А дело оказалось в том, что один работяга прорубил себе икроножную мышцу, неудачно упав.

На следующий день я сопровождал барыню Диодору на рынок.

– Дай слово, что не сбежишь.

– Даю слово.

– Я верю тебе, отведите его к Варсаве, пусть раскуёт раба.

А про себя я подумал: «Куда же мне бежать одному. Сам–то я раскованный уйду без проблем, а вот как товарищей потом из беды вытащить – проблема.

Так что Диодора на колеснице с кучером, Аглая вместе с ней, а я пешком снова отправились в Солунь. Мы бродили в торговых рядах городского рынка, ища интересующую хозяйку модную одежду. Мимо нас проходил нурман, который не заметил «боярыню» и, в прямом смысле слова, оттолкнул мою хозяйку, чтобы не мешалась под ногами.

Та закричала, подняв хай, как это умеют делать южные женщины, но молодой воин только рассмеялся в ответ, сплюнув ей под ноги.

Диодора растерянно посмотрела на меня. Её, всесильную хозяйку своего курятника, откровенно послали. Я скучающе пожал плечами, пробуровив: «Рабу нельзя поднимать руку на свободного. Но, если госпожа прикажет, то я уделаю этого кекса».

– Но это же викинг.

– Ну и что, а я варяг.

– Я приказываю тебе наказать этого наглеца.

Эти слова слышали окружающие торговцы и покупатели. Викинг тоже услышал их и обернулся. Парень был молодой, но довольно крепкий, все-таки на вёслах сидеть и мечом махать сила нужна приличная.

Я подошёл к нему, он расправил плечи и, смеясь, посмотрел на меня.

– Ты обидел мою госпожу, извинись или будешь валяться на земле у её ног.

Я героически обернулся к Диодоре, ведь такая речь должна была быть оценена по достоинству, не забывая смотреть за викингом. Тот плюнул уже мне под ноги и стал сближаться. Я тоже развернулся и, уклонившись от удара рукой, от души врезал тому кулаком в челюсть – нокаут.