Тёмные времена 1. Раб

Возможно, что прибыл наш покупатель.

– Эх, греки – народ жестокий, из свободных работников все соки выжимают, а из рабов и говорить не стоит. Хотя, кто знает, что лучше – у византийца или богатого  кочевника-печенега вкалывать? Похоже, что нас купили или почти купили.

Через некоторое время к нам подошли пара греков и печенег – хозяин загона, сообщившие нам радостную новость.

– Я, почтенный Гармах из Афин, беру этого шустрого и ещё тринадцать северян.

«Грек, – обратился я к нему, – купи всех нас, не прогадаешь!»

– Зачем мне все, раб?

– Мы команда, хорошо сработались, больше пользы принесём.

– Нет, хватит десятка и ещё четырёх. Афиноген, тебе не нужны северяне?

«Что умеете? – спросил спутник Гармаха.

– Есть воины, есть мастеровые, но тоже воины.

– Нужны гребцы на галеры, а мастеровые – у нас мастера лучше ваших варваров.

– Зато мы сильные, грести хорошо будем, господин Афиноген.

– Откуда наш язык знаешь, варвар? Хотя и коверкаешь слова, но понять тебя можно?

– Век живи, век учись.

Афиноген развернулся к почтенному Гармаху.

– Гармах, покупай, кого хочешь, остальных заберу я.

– Хорошо, Афиноген, забирай остальных, по соседству жить будут.

На прощание я окинул взором девиц, которые недавно стояли перед нами в очереди. Они смотрели на нас с горечью и жалостью, а их глаза, как будто говорили: "Вот ещё одних земляков уводят.

Глава 2. Куда это я попал

Когда мы все собрались на корабле, Гармах познакомил нас с правилами, действующими в его поместье. Мы должны были склоняться в пояс при встрече с ним и обращаться к нему не иначе как «почтеннейший господин Гармах». Мы все понятливо кивнули головой, народ побухтел, а я пошутил.

– Это ничего, раз ему так нравится, можно и называть. Хуже было, если бы он обязал нас делать что-то иное.

– Например, Свят?

– Например, как говорится в народном эпосе: «Приходит староста деревни к односельчанам и говорит.

– У меня для вас две плохих новости.

– Какие?

– Первая – барин ввёл правило первой брачной ночи.

– Так он же мужчин предпочитает!

– А это вторая плохая новость».

Так что нам очень повезло, что почтеннейший Гармах всего лишь тщеславен. Было бы намного хуже, если у него были другие пристрастия.