Дочь снегов

– Прочтите же! Что здесь написано?

Джекоб Уэлз, взглянув, хладнокровно ответил:

– Тысяча фунтов продовольствия.

– То же самое и я говорю, но кладовщик отрицает это. Он утверждает, что мне следует получить только пятьсот фунтов.

– Совершенно верно.

– Но…

– Документ выдан на тысячу фунтов, но на складе вы получите только пятьсот.

– Это ваша подпись? – И Мелтон потряс документом перед самым носом собеседника.

– Моя.

– Так как же вы намерены поступить?

– Дать вам пятьсот фунтов. А как вы намерены поступить?

– Откажусь их взять.

– Отлично. Больше нам не о чем говорить.

– Напротив. Я намерен покончить все дела с вами. Я достаточно богат, чтобы самостоятельно доставлять свои грузы через ущелья, и я сделаю это в будущем году. Наши деловые отношения с этого момента покончены раз и навсегда.

– Я не возражаю. Вы вложили в мое дело на триста тысяч долларов золотого песка. Идите к мистеру Этчелеру и попросите выдать вам их немедленно.

Мелтон шагал взад и вперед в бессильной ярости.

– Неужели я не могу получить остальные пятьсот фунтов? Великий боже! Я ведь заплатил за них! Уж не собираетесь ли вы уморить меня голодом?

– Послушайте, Мелтон! – Джекоб Уэлз остановился и стряхнул пепел с сигары. – Чего вы в данный момент добиваетесь? Что вы хотите получить?

– Тысячу фунтов продовольствия.

– Для собственного потребления?

Король Бонанцы кивнул головой.

– Я так и думал. – Морщины на лбу Джекоба Уэлза выступили резче. – Вы заботитесь только о собственном желудке.

А я забочусь о желудках двадцати тысяч людей.

– Но вы же выдали вчера Тиму Макреди тысячу фунтов.

– Сократить выдачи было решено только сегодня.

– Почему же мне первому пришлось пострадать?

– А почему вы не пришли вчера, а Тим Макреди сегодня?

Лицо Мелтона выразило полное недоумение, и Джекоб Уэлз пожатием плеч сам ответил на свой вопрос.

– Вот как обстоят дела, Мелтон. Никаких исключений. Если вы считаете меня ответственным за Тима Макреди, то я буду считать вас ответственным за то, что вы не пришли вчера.

Но пусть уже за все это отвечает провидение. Вы уже испытали голод на Сороковой Миле. Вы принадлежите к белой расе. То, что вы владеете Бонанцей или ее частью, не дает вам права ни на один фунт больше, чем получит старейший и беднейший из местных старожилов или только что родившийся ребенок. Верьте мне. До тех пор, покуда у меня будет хоть фунт продовольствия, вы не умрете с голоду. Будьте тверды.