Белый Клык. Зов предков. До Адама (адаптированный пересказ)

Белый Клык твердо знал непреложную истину: нападение на людей не прощается и подлежит суровой каре. Однако в одном из поселков на берегу Большого Невольничьего озера, куда Серый Бобер привел свою пирогу, жизнь внесла в этот закон поправки.

Белый Клык отправился на поиски пищи. На окраине поселка ему попался мальчик, разрубавший топором мерзлую тушу лося. Кусочки мяса разлетались в разные стороны. Белый Клык подбежал ближе и стал и подбирать их. В этом не было ничего противозаконного: собаки всегда подбирали то, что упало у хозяев.

Выскочить из западни было некуда. Мальчик загородил собой единственный выход из тупика и, замахнувшись палкой, шагнул вперед. Белый Клык рассвирепел и даже не успел сообразить, как мальчик вдруг упал на снег, а рука его, сжимавшая палку, обагрилась кровью.

То, что сделал Белый Клык, было непростительно, и волк знал это. Он бросился к Серому Бобру и, съежившись, примостился у его ног. Скоро укушенный мальчик и его семейство явились предъявлять свои претензии. Однако им пришлось уйти ни с чем. Серый Бобер решительно заступился за Белого Клыка, и то же самое сделали Ми-Тса и Клу-Куч. Белый Клык внимательно прислушивался к тому, как ссорились из-за него люди, и понял, что для его проступка есть оправдание.

– Он ничего плохого не сделал, – твердил Ми-Тса. – То, что упало, может подобрать любая собака. Зачем было грозить ему?

– Собака должна знать свое место! – не унимались родственники укушенного.

– Белый Клык его знает, – отрезал Серый Бобер. – Но если кто посмеет его обидеть, он постоит за себя.

С этими словами Серый Бобер развернулся и удалился в вигвам. Родственники укушенного помялись и ушли ни с чем. Так Белый Клык узнал, что боги бывают разные: свои боги и чужие боги.

Через несколько дней Ми-Тса собирал в лесу хворост и наткнулся на группу мальчиков, среди которых был укушенный. Мальчики затеяли ссору, набросились на Ми-Тса и стали избивать его. Белый Клык, который увязался в лес за сыном хозяина, вначале наблюдал за дракой со стороны, а потом сообразил, что бьют-то Ми-Тса, одного из его собственных богов. Порыв бешеной ярости подхватил волка и швырнул в самую середину потасовки.