Ее незабываемый испанец

Я работаю с бездомными в приюте в Лондоне, к большому неудовольствию моей матери. Я – не ровня Константину… По крайней мере, он сказал это после того, как овладел мной на траве возле розовых кустов в саду. Похоже, это правда.

От воспоминаний горло сжалось от боли, но я подавила в себе горькое чувство. Обычно я стараюсь быть оптимисткой, но после той ночи в саду мой оптимизм куда-то делся.

Взгляд черных глаз Константина прошелся по бальному залу, будто он искал кого-то, и мне захотелось спрятаться за колонну.

Но другая часть меня хотела показать ему, что он не уничтожил меня резкими словами, которые сказал мне той ночью. Что я сильнее, чем Кон думал. Поэтому я стояла на своем месте, задрав подбородок, и ждала, когда дамоклов меч падет на мою голову.

И это произошло. Его взгляд нашел меня в толпе. Но я не похолодела – я никогда не холодела, когда Константин смотрел на меня, – мне стало жарко, как в огне. Его внимание переключилось на меня, и под его взглядом я задрожала.

Жар. Отчаянное желание.

Затем Кон отвернулся.

Слезы ярости выступили у меня на глазах. Теперь пришло время уходить, и чем скорее я уберусь отсюда, тем лучше. Я пробралась сквозь толпу к ближайшей двери и вышла в тишину беломраморного холла.

Внезапно в конце коридора появился человек в черной униформе.

– Мисс Грей? – вежливо спросил он.

Я узнала его. Он был одним из сотрудников службы безопасности Константина.

– Да.

– Не могли бы вы проследовать за мной? Мистер Сильвер распорядился отвести вас в малый кабинет.

Пожалуйста, дождитесь его там.

Я удивленно заморгала. Константин хочет поговорить со мной?

– Очень жаль, – я старалась быть вежливой, – но мне нужно успеть на самолет. Пожалуйста, передайте мистеру Сильверу, что я…

– Боюсь, мистер Сильвер настаивает. – Мужчина бросил на меня извиняющийся взгляд, в котором читалось: «Я просто выполняю приказ, мисс».

Меня охватило негодование. Константин настаивает? Но почему? Разве он не сказал все, что хотел, три месяца назад? Все эти обидные фразы: «Нет, я не люблю тебя.

Что за нелепая идея?!» и «Это твоя мать тебя подговорила?»

Кон был жесток, безжалостен и вовсе не заботился о моих чувствах: «Если ты думаешь, что я собираюсь жениться на тебе, то глубоко ошибаешься. У тебя нет ни денег, ни власти. У тебя нет ничего, чего я хочу. Ты довольно привлекательна и хороша в сексе, но хороший секс не является достаточным основанием для брака».

И напоследок: «Все это было ошибкой.