Хранитель. Разборки в Зеленограде

А что там за высокая площадка, я не поняла, зачем она нужна?

– Это для музыкантов, но с этим проблема. Местные менестрели алкаши мне не нужны, а других я пока не нашёл – горько вздыхаю, не сбылась пока что моя голубая мечта.

– Ух ты, это будет здорово – воодушевлённо ответила рыжая – увеличится проходимость в вечернее время.

– Я работаю над этим – навожу туман с умным видом. Достаю карту города и окрестностей – теперь смотри сюда. Этот кусок земли принадлежит мне, что можешь сказать насчёт его доходности?

– Боюсь спросить, сколько вы за него заплатили – София смотрела на меня как на говорящий мешок с деньгами.

– Почти ничего. Узнай, сколько стоит пара сотен болтов для обычного арбалета и десяток не самых крупных огненных кристаллов. Это и будет цена этой земли – я глянул ей в глаза, от чего рыжая громко икнула и отвела взгляд.

– Эта земля на въезде в город с оживлённой стороны. Вы имеете право брать плату за проезд с грузовых телег торговцев, исключением будут те, у кого есть торговый патент – София повторила слова Мидори, уже бодрит, что в теме – но там тоже есть хитрые жучары, патент покупают на три телеги, а пытаются проскочить на пяти, к примеру.

– Подробнее насчёт последнего?

– Тут могут постараться конкуренты-соседи или кланы трущоб – начинает объяснять София – если стоимость проезда высока, соседи могут скинуть цену, если торговцы пойдут через них. Если ваш ценник низкий, могут прийти кланы и требовать по дороге доплату за сохранность имущества.

– Молодец, я с такой позиции не смотрел на этот актив – похвалил девушку – а разгребать проблемы по факту уменьшения потока такое себе развлечение.

– Я принята? – София снова включила режим кота Шрэка.

– Погоди, быстрая какая – усмехнулся я – что у вас тут всех за манера, никто даже не интересуется условиями труда, тем более оплатой.

– Вы же не обидите бедную девушку? – захлопала глазками София.

– Десять золотых в месяц и топчан за стенкой трактира – во мне проснулся тролль – работать будешь за барной стойкой, мы там тебе уголок за пивным бочонком выделим.

Прежде чем начался плач княжны Ольги, сопряжённый с воплями возмущения, я услышал, как кто-то хрюкнул за стенкой. Дальше все посторонние звуки просто утонули. Я ждал минут пять, пока закончится словесный поток, восхваляющий это прекрасное, но вечное замордованное создание.