Хранитель. Разборки в Зеленограде

– Я готов лично в суде дать клятву крови, что эльфы под моей рукой никогда не пользовались этой дрянью – Лорандир твёрдо смотрел Хикари в глаза – при этом я нисколько не оспариваю твои слова, госпожа Хикари, наши рода всегда были честны друг перед другом. Повторюсь, этот эльф не принадлежит к родам, живущим на здешней земле. Но я готов компенсировать ущерб любым возможным способом, чтобы это преступление не отразилось на живущих в Стреклинде эльфах.

– Тогда проведи казнь лично – сказала молодая лиса, она пришла вместе с Хикари – это покажет горожанам, что глава Лорандир уважает закон.

– Кто ты, милое дитя? – нахмурился глава.

– Мидори Ино – сверкнула голубым светом в глазах лиса – ныне Мидори Морозова. Я в своём праве требовать компенсации, как и остальные родичи Влада.

Вокруг все притихли, потому что от ответа главы зависело многое. Все знали, что эльфы считали свою жизнь священной, и убийство эльфа эльфом считалось почти преступным деянием. Лишь решение суда внутри клана или ветви давало возможность лишить жизнь этих товарищей.

– Я бы хотел ещё раз поговорить с Третьим, прежде чем озвучить своё решение – медленно произнёс Лорандир. Де Ревель кивнул, и стража снова пропустила главу к пленнику.

– Ты что натворил, идиот? – прошипел глава – как ты посмел воспользоваться ядом на крови Опустошителей?

– Эта старая карга не могла опознать яд – удивлённо произнёс Третий – это невозможно, я уже давно находится в органах, убивая носителя.

– Эта карга вполне может опознать такой яд даже в органах пациента – почти без акцента сказала Хикари на эльфийском – плюс к этому тебе откровенно не свезло. Рядом с Морозовым был сильный целитель, пусть и неопытный, но сил хватило гонять яд в крови не давая ему всосаться в органы.

– Он всё равно сдохнет, не сейчас так завтра – Третий ухмыльнулся – можешь пойти попрощаться с этой обезьяной.

– Он умрёт, но не от твоей руки – медленно приближаясь, сказала Хикари.

Стража расступилась, пропуская старую лису к пленнику – это я гарантирую. А это тебе мой подарок перед смертью – Хикари положила ладонь Третьему на плечо, отчего эльфа простелила адская боль во всём теле – не думай, что это всё. Я обострила твою чувствительность до запредельного уровня, поверь мне, ощущения в костре будут незабываемые. Прощай и будь проклят, Третий.

Лорандир возвращался к офицерам в смешанных чувствах.