Моё грозовое небо

Он не мог насытиться им, не мог насытиться ей, наконец-то снова вернувшейся в его жизнь. Но ему нужно было больше, гораздо больше. – Лиса… отпусти…

– Нет…

Тихий выдох перерос в ещё один стон, когда Алекс скользнул рукой между её ног, дотрагиваясь до нежных складочек и растирая влагу по клитору. И Мэл всё-таки разжала ладонь, изгибаясь от новых ощущений и неосознанно раскрываясь для него ещё больше.

Спустившись ниже, Алекс обхватил губами один из сосков, с вожделением посасывая его и кружа вокруг него языком, пока его пальцы то проникали в неё, то ласкали самую чувствительную точку, заставляя Мэл метаться по кровати от удовольствия, которое она ещё ни разу не испытывала в этой новой жизни.

– Алекс, – через время простонала она, сотрясаясь всем телом, а ему показалось, что перед ним наконец-то та его Жизель, которую он помнил.

Не дав ей возможности прийти в себя, Алекс сдёрнул вниз пижамные штаны и осторожно толкнулся в неё, крепко сжимая зубы в попытке сдержать отчаянное желание тут же начать жёстко двигаться.

Оказавшись наконец-то в ней, сохранить хоть какие-то остатки разума казалось непосильной задачей.

– Господи… – зажмурившись, Мэл сжала в кулаках простыни, судорожно хватая воздух губами. То, что она чувствовала сейчас, то, как он ощущался в ней, не шло ни в какое сравнение с её собственными представлениями о сексе. Особенно то, как восхитительно он заполнял её, растягивая под себя.

– Тш-ш-ш… – Алекс с нежностью поцеловал её, медленно подаваясь вперёд бёдрами.

 – Просто смотри на меня… Я буду осторожен…

И Мэл подчинилась, распахивая глаза, чтобы встретиться с его затуманенным похотью взглядом, сулящим ей неведанную эйфорию. Отдалась ему и своим ощущениям, окончательно забывая обо всех своих страхах и волнениях.

Её ногти впивались в его рельефную спину, оставляя заметные дорожки на коже. Её громкие, несдержанные стоны уносили за грань, делая его ненасытным безумцем, желающим быть в ней как можно глубже и дольше. Она, такая нежная и податливая, такая разгорячённая и пылающая, доводила его до сумасшествия – бешеного, лихорадочного.

Когда же она с громким криком стиснула его ногами, пульсируя вокруг его члена и сжимаясь, Алекс позволил и себе наконец-то в полной мере потерять контроль, с тихим рычанием достигая пика.

– Алекс… – трепетные пальцы прошлись по его пояснице, и он готов был замурлыкать от удовольствия, уткнувшись носом во влажный завиток волос, прилипший к шее Мэл.