Моё грозовое небо

Безликий женский голос объявил посадку на рейс до Далласа, и Алекс, поцеловав Мишель в макушку, отстранился, чтобы заключить в крепкие мужские объятия стоящего рядом сына.

– Найди её и привези домой… если… – Даниэль сжал его руками, не став заканчивать предложение.

– Да, если.

Алекс подхватил с пола небольшую сумку с вещами, повесил её на плечо и, в последний раз обернувшись на своих детей, пошёл на регистрацию. Ему предстояло провести почти пятнадцать часов в самолётах и аэропортах, добираясь к югу материка с несколькими пересадками.

– Ну что, веснушка, поехали домой? – Даниэль приобнял сестру за плечи.

– Да, поехали, – проводив взглядом рослую фигуру отца, Мишель вздохнула и обвила Дани рукой за пояс, сильнее прижимаясь к нему. Сейчас она чувствовала себя словно осиротевшей.

– Эй, не грусти. Он скоро вернётся. И я очень надеюсь, что не один.

– Ты же знаешь, это маловероятно. Да и я подумала… Если каким-то чудом она всё-таки осталась тогда жива, вдруг она не захочет возвращаться?

– Она бы никогда так не поступила.

– Тогда почему она не вернулась? Значит, она, и правда, у… – Мишель всхлипнула, наконец позволяя своим чувствам выйти наружу. Перед отцом она старалась держаться, зная, как ему тяжело. Но наедине с братом, который всегда старался её понять и поддержать, могла разрешить себе проявить немного слабости.

– Замолчи. Не вздумай даже произносить это. Она просто не может вернуться сама. Я не знаю почему, но не может. И отец справится с этим. Ради мамы он горы свернёт.

– Я знаю, но… – по щекам Мишель уже вовсю текли слёзы.

– Ну что ты? Совсем расклеилась, – остановившись у машины, Даниэль ещё сильнее прижал к себе сестру, поглаживая её по голове. – И какого чёрта ты всё ещё такая маленькая? Ты вообще расти собираешься?

– Это не я маленькая, – Мишель едва заметно улыбнулась ему, утирая распухший нос рукой.

* * *

Алекс вышел из аэропорта Илопанго в Сан-Сальвадоре – столице страны, которую последние три года ненавидел всем сердцем, и вдохнул жаркий и влажный ночной воздух. К нему тут же подскочило несколько таксистов, бойко зазывавших его на испанском языке, но он только отмахнулся. До гостиницы было всего пять километров, а после стольких часов в неудобном кресле тело требовало хорошей разминки.