Будем жить по-новому! Освободитель. Книга 3

Слишком большие силы задействованы в охране. Да еще и окопаться за пару лет хорошо смогли, «секретов» понаоборудовать, так что я – против этой авантюры! Хотя кто его знает, как госпожа История поведет себя из-за меня?

– Командир, откуда ты все это знаешь?

– Это не важно, важно, что я все знаю.

Горяев ездил в штаб фронта, после чего меня вызвали к Рокоссовскому.

«И ты молчал о таких знаниях, я даже не спрашиваю, откуда ты это знаешь! – распинался Рокоссовский. – Это же информация государственного уровня, а он – против! Видали стратега! В Ставке знают, что есть бункер где-то под Винницей, говоришь «Вервольф» называется, но где-то под Винницей, это считай половину области надо исследовать, а ты указываешь точную деревню».

– Товарищ Рокоссовский, я против того, чтобы направить нашу разведгруппу, потому что толку не будет, но совсем не против десантной дивизии.

– Значит так, направляешь свою группу, одновременно пойдут самостоятельно группы фронтовой разведки и Осназа. Я получил соответствующие указания обеспечить проведение разведывательной операции, по результатам которой будет проведена войсковая операция, скорее всего, десантной дивизией Воронежского фронта Ватутина.

– Так точно, товарищ комфронта, сегодня будет подготовлена группа и в ночь отправится на задание.

– Вот так и надо действовать, исполняй!

Вечером я вместе с разведгруппой прибыл на аэродром. Парни улыбались, важность задания будоражила кровь, возможно, получится увидеть самого Гитлера в прицел винтовки – это ли не подвиг! Рядом стояли ребята из армейской разведки 60-й армии, а чуть дальше стояла группа Осназа.

«Почему сослали, я сама вызвалась, и не смотрите, что я худенькая, я спортсменка, бегаю и стреляю хорошо, так что многим парням не уступлю!» – ответила девушка.

Подошел Птицын и командир группы армейцев.

«Товарищ гвардии полковник, вы, пожалуйста, нашу Олю не сбивайте с правильного пути, она хороший специалист своего дела», – сказал мне капитан.

– Хорошо, не буду сбивать прекрасную девушку Олю с правильного пути, тем более, что это ее сознательный выбор, как советского человека.

Ольга немного засмущалась, но было видно, что ей приятна похвала, собственно, как и любой девушке.