Лучшие вещи рождены болью. Том 3

Насладившись красивейшим закатом, а потом и зажёгшимися фонарями моста, отражающимися в спокойной воде, они спустились вниз, чтобы поужинать в небольшом уютном ресторанчике на берегу океана, где веселились как дети, пробуя различные морепродукты, развлекаясь с крабовыми клешнями и кривясь от скользких устриц.

– Это определённо намного лучше, чем напиваться в баре с Филом, – открыв дверь, Хантер пропустил Северину в их квартирку на втором этаже четырёхэтажного дома в районе Рашн Хилл, куда они добрались, прокатившись на подножке канатного трамвая.

– Наверное, – та пожала плечами, скидывая рюкзак и куртку. – Я никогда не напивалась с Филом.

– И я уж точно никогда не позволю тебе это сделать. Последствия могут быть слишком катастрофическими, – Хантер ухмыльнулся, запирая дверь, и направился в спальню, чтобы выложить пистолет на прикроватную тумбочку, как делал каждый вечер. Сейчас больше всего ему хотелось принять душ после долгого насыщенного дня и забраться в постель, прижимая к себе любимую Колючку.

– Я хочу проверить, что там происходит в Сан-Диего, прежде чем мы ляжем спать, – пробормотала Северина на его вопрос, кто первый пойдёт в душ, усаживаясь на кухне с телефоном в руках и практически отключаясь от внешнего мира.

– У тебя пять минут.

Когда же Северина юркнула в кровать, скидывая с себя мокрое полотенце и прижимаясь к широкой спине Хантера, казалось, что тот уже спал. Обхватив его за пояс, Северина прикрыла глаза, потираясь носом между его лопаток, и в который раз задумалась о том, что не заслужила его.

Он был слишком хорошим, слишком правильным для неё. Такого просто не бывает. Только не с ней. И от этого становилось страшно. Страшно, что в один момент он просто исчезнет, забрав с собой её сердце и душу. Что с ним что-нибудь случится, и она останется одна.

Она старательно гнала от себя эти мысли, покрывая осторожными поцелуями его спину, и старалась думать только о том, как же хорошо ей было рядом с ним. Какой настоящей и вкусной он делал её когда-то пресную бесцветную жизнь.

И только сильнее стискивала его руками, поглаживая выступающие шрамы на его теле.

– Ты пытаешься раздавить меня, колючка? – хмыкнув, Хантер развернулся к ней лицом, тут же находя губами её губы. – И откуда вдруг столько нежности?

– Просто я…

Но он заглушил её слова ещё одним поцелуем. Мягким, трепетным, но вызывающим бурю желания, которой невозможно было противостоять. Она сносила с ног, утаскивая за собой.