Лучшие вещи рождены болью. Том 3

Мне же остаётся делать то, что снайпер умеет лучше всего…

– Я люблю тебя.

– Я знаю. А сейчас… – Северина коснулась его губ долгим чувственным поцелуем. – Пора просыпаться…

И больше не чувствуя на себе ни её вес, ни тепло, Хантер медленно открыл глаза, пытаясь понять, где он находится.

*Everybody knows – Sigrid*

Серый дневной свет едва проникал через закрытые жалюзи, освещая небольшую комнату со светлыми стенами. Рядом с его кроватью что-то противно пикало, а в руке торчала иголка с длинной тонкой трубкой, тянущейся к капельнице.

Он мгновенно вспомнил всё, что произошло, и его захлестнула ядерная смесь эмоций. Злость, разочарование, боль и тоска. Монитор, на котором отображалась кривая его пульса, мгновенно среагировал, оглашая больничную палату резким ускоряющимся пищанием, но Хантер только с безразличием уставился в потолок.

– Эй-эй, всё в порядке, – рядом с ним тут же возник Филипп, подтаскивая стул, на котором сидел, к кровати, и успокаивающе сжал его плечо.

– Похоже, что со мной что-то не так? – прохрипел Хантер, пытаясь обуздать свои чувства и успокоиться. Писк стал гораздо реже. – Что ты здесь делаешь?

– А у тебя что, есть кто-то ещё кроме меня, кто мог бы прийти к тебе в больницу? – напряжённо спросил Филипп, отправляя кому-то сообщение, и кивком головы указал на свой телефон: – Шеф просил сообщить, когда ты придёшь в себя.

– С чего вдруг такая забота? Что вообще произошло? И где Северина? – несмотря на боль, разрывающую его голову на куски, видимо, после наркоза, и ноющую пульсацию в области живота, Хантер пытался сосредоточиться. Ему снова предстояло играть роль. Теперь не только перед бандой, но даже перед лучшим другом. На которого он, правда, всё ещё был зол.

– Что ты помнишь? – Рейнольдс выглядел очень неуверенно, проводя рукой по волосам и смотря на него с сожалением. Он совершенно не хотел быть тем, кто приносит дурные известия.

– Я отправил ребят увезти Фантома и шёл, чтобы найти вас. Ли сказал, что они упустили Тейшейра. Ранение и всё. Темнота.

– Уф, я не знаю, как тебе сказать… – Филипп ещё сильнее сжал плечо друга, как будто и сам искал в нём поддержки. – Я понимаю, она тебе нравилась, но…

–Слушай, хватит мямлить. Говори уже… – простонал Хантер. Он прекрасно понимал, как тяжело Филиппу сказать то, что тот должен был ему сказать.