Лучшие вещи рождены болью. Том 3

– Мы оба решили, что останемся там, пока последний член верхушки банды не окажется в тюрьме, а потом уже найдём себе квартиру.

– Тогда хоть скажи, где этот ваш склад. Мало ли что может случиться.

– Не думаю, что это хорошая идея. Чем меньше людей знает о нём, тем лучше, – Хантер сдвинул нахмуренные брови. Он не понимал, с чего вдруг Филиппа так это заинтересовало. Сегодняшний день в принципе принёс очень много вопросов, которые ему ещё предстояло обдумать. – К тому же это убежище Северины, её тайное место. И вряд ли ей понравится, если я начну всем о нём рассказывать.

– Ты не доверяешь мне, да? – после минутного раздумья спросил Рейнольдс, складывая руки на груди и точно так же хмурясь. – С каких пор?

Хантер и сам этого не знал. Когда случился этот переломный момент, после которого он стал во всех видеть потенциальную угрозу.

– Нас уже два раза выслеживали. И для меня совершенно очевидно, что в Бюро есть предатель. Потому что мы могли уехать в абсолютно любой город, и Эдриан даже по камерам искал бы нас до конца жизни.

– И ты думаешь, что это я, – Филипп раздосадованно покачал головой. – Потому что только я знал.

– Не только ты. Шеф тоже. И мне неизвестно, с кем он ещё мог об этом говорить.

– Тогда почему же мы всё ещё обсуждаем завтрашний захват? – вскипел вдруг Рейнольдс, вскакивая из-за своего стола. – Ведь если бы это был я, уж точно не стал бы скрывать от Тейшейра, что ФБР планирует сорвать его поставку.

– И ты абсолютно прав, – Хантер с равнодушием смотрел на то, как бесится его друг. Он не собирался подливать масло в огонь. Филипп и сам успокоится через пару минут, когда поймёт, что в решении скрываться есть рациональное зерно. – Поэтому я никого не обвиняю.

– Но ты не доверяешь мне, Хантер. Не доверяешь другу, с которым через многое прошёл. Неужели я хоть раз дал тебе повод усомниться во мне? – Филипп нервно расхаживал по кабинету, то и дело пиная скомканные бумажки, усеявшие пол после разработки завтрашнего плана, и бросал на Хантера гневные взгляды.

– Нет. Но я не хочу, чтобы кто-нибудь ворвался к нам сегодня посреди ночи, или в любой другой день, и застал врасплох.

– Раньше ты не был таким перестраховщиком.

– Раньше я был один и отвечал только за себя. Сейчас же…

– Именно поэтому я и предложил вам переехать, – Филипп застыл посреди кабинета, смотря в упор на Хантера и пытаясь донести до него, почему считает, что тот не прав.