Лучшие вещи. Любовь под прицелом

– Чего же ты хочешь? – Хантер перевёл твёрдый взгляд на мужчину, которого ему хотелось сейчас придушить голыми руками. За Нейта, за Северину, за их разгромленный дом и разрушенное спокойствие. За опасность, которой подвергалась его семья.

– Вернуть себе то, что вы у меня отняли. Банду и бизнес.

– И каким же образом мы должны это сделать?

– О, всё достаточно просто, – Чарли растянул губы в злорадной усмешке. – Тем более для людей, не понаслышке знающих, что такое работа под прикрытием.

Хантер слышал, как Северина рядом задержала дыхание, и успокаивающе потёр пальцами её ладонь, которую не выпускал всё это время.

– Сейчас в Сан-Диего рынок наркоторговли поделён между двумя бандами, Син Миедо и Тринидариас, которые пришли к власти после смерти Тео.

– После чего? – Северина удивлённо свела брови, а Хантер крепко сжал зубы, мысленно повторяя, что должен держать себя в руках. Он совершенно не хотел, чтобы эта история всплыла. Ни сейчас, ни когда-либо потом.

– Так ты не знаешь? Как же так? – в очередной раз хохотнул Фантом, усаживаясь на стол. – Его убили четыре с половиной года назад. Сразу после того, как этот, – Чарли кивнул на Хантера и продолжил говорить, уже как будто обращаясь к нему, – не смог засадить его в тюрьму дольше, чем на сутки. И как убили. Сначала стреляли в ноги, потом вспороли живот и повесили горящий труп на флагштоке перед зданием ФБР. Не знаешь, кто бы мог это сделать?

– Нет, – равнодушно бросил Хантер, смотря в одну точку и чувствуя на себе два прожигающих взгляда: довольный Чейза и проницательный Северины.

– Ну да хрен с ним, с Тео. Ближе к делу. От вас требуется только устранить эти банды. С остальным справятся мои люди. Как вы уже поняли, я тут обзавёлся некоторыми полезными друзьями в тюрьме.

– Устранить? – сунув руки в карманы широких спортивных штанов, Северина хмыкнула.

– Это было бы, конечно, проще, но нет. Хотя не скажу, что так уж буду против, если ты немного постреляешь. По моему плану, вы должны попасть в их ряды и стравить друг с другом ещё больше. Так, чтобы они сами развязали между собой уже открытую войну. До прямого противостояния.

– Ты рехнулся, – Хантер поражённо покачал головой.