Соблазнение без правил

Он поймал цветы до того, как они попали в лицо, белые лепестки роз упали на костюм. Если бы кто-то заглянул в окно лимузина, не зная, кто они, можно было подумать, что новобрачные играют в забавную игру.

Рафаэль аккуратно положил букет на сиденье рядом с собой.

– Что ты говорила про сцены?

– Как ты посмел?! – взорвалась она, ее чистый, хорошо поставленный голос вибрировал от ярости. – Перед всей страной! Перед Матиасом и моим отцом! Как ты смеешь вообще трогать меня!

Рафаэль не ответил. Иногда молчание говорило больше горячей тирады, поэтому он спокойно убрал лепестки роз с костюма, позволяя ей кричать, пока у нее не закончатся силы.

Затем он поднял голову и встретился с ее разгневанными голубыми глазами.

– Ты закончила?

– Нет!

– Хорошо, теперь поговорим.

– Поговорим? О чем поговорим?

– О беременности, – сказал он. – О том, что ты пыталась скрыть это. Особенно о том, что ты пыталась скрыть это от меня.

– И зачем мне скрывать это от тебя?

Рафаэль уставился на нее.

– Это мой ребенок, Лия. Зачем еще?

Глава 2

Лия дрожала от ярости и страха. Ярость от того, что он схватил ее посреди церкви и перекинул через плечо, будто она ничего не весила, на глазах у Матиаса, ее отца, епископа и аристократии Санта-Кастильи, не говоря о том, что вся страна смотрела свадьбу в прямом эфире. А потом унес ее с собой, как… мародер.

Страх перед тем, что он сделает теперь, когда узнает, что она скрывала это от него три месяца.

Она совершила ужасную, ужасную ошибку, которая имела последствия, и все это было ее виной. И хотя инстинкт заставлял отрицать это, говорить, что она понятия не имела, что ребенок – его, она знала, что не сможет.

Он знал правду, всегда знал.

Стоило огромных усилий подавить ярость и страх, но у нее были годы практики в сдерживании своих бурных эмоций, так что ей удалось. Бросить в него букет было глупой потерей контроля, и она не могла допустить еще одной.

Не помогало и то, что она все еще чувствовала отпечаток твердого, мускулистого плеча на животе, жар его тела проникал через шелк свадебного платья. Заставляя вспоминать ту ночь три месяца назад, когда между ними не было ничего, лишь грубая, неистовая страсть…

Нет, она не должна думать об этом. Не сейчас. Сейчас, когда он смотрел на нее ледяным взглядом, а ярость холодно пылала в глубине.