Повелительница сердца шейха

Что ее отец – профессор, а она всего лишь скромный ассистент и они не хотели сделать ничего плохого. Поэтому не мог бы он, пожалуйста, не убивать их, не бросать в темницу и не делать другие ужасные вещи, которые рисовало ее чересчур богатое воображение.

Горячий ветер трепал черный подол одежды мужчины, обрисовывая очертания его мускулистых бедер. Он стоял перед ней неподвижно, словно был горой, существовавшей тысячелетия, такой же вечной и неизменной, как сама пустыня.

Шарлотта пыталась сохранить присутствие духа.

Что-то в безжалостном взгляде его дымчатых глаз заставило ее напрячься, расправить плечи и выпрямиться. Она попыталась облизнуть пересохшие губы и потерпела неудачу.

– Мне очень жаль, – выдавила Шарлотта. – Вы говорите по-английски? Вы можете мне помочь?

Мужчина долго молчал, а потом сказал что-то. Его голос был таким глубоким и мощным, что сердце затрепетало в груди – то ли от страха, то ли от возбуждения. Шарлотта не поняла ни слова: ее знание арабского было поверхностным.

Она вдруг почувствовала себя обессиленной и усталой.

Золотисто-дымчатые глаза мужчины, казалось, заслонили весь мир перед ней, его взгляд был пронизывающим, жестоким, разрушающим ее надежду на спасение и милосердие. Она не получит от него ни того ни другого, это было очевидно.

– Мне ужасно жаль, – прошептала Шарлотта, чувствуя, как вокруг нее сгущается тьма, – но я думаю, что человек на той лошади – мой отец. Мы заблудились.

Вы могли бы нам помочь?.

А потом она замертво упала к его ногам.

Тарик ибн Исхак аль-Назири, шейх Ашкараза, бесстрастно смотрел на щуплое тело англичанки, распростертое на песке. «Мой отец» сказала она. Что ж, это прояснило вопрос, кто первый незнакомец.

Они нашли его без сознания на одной из дюн. Потом Тарик и его спутники заметили женщину и следили за ней добрых двадцать минут. Ее зигзагообразный путь и то, как она пробралась через границу прямо в Ашкараз, ясно давали понять, что она не имела представления, куда шла.

Она явно искала мужчину, который был перекинут через седло лошади Джазири.

Тарик надеялся, что женщина развернется, пересечет границу и перестанет быть его проблемой, но она не сделала этого, а просто стояла и смотрела, как он приближается к ней, будто он ее персональный спаситель.

Учитывая, что она получила тепловой удар и страдала от обезвоживания, она не так уж и не права.