Один шанс на соблазнение

И сейчас ей не нравилось, как складывается ситуация, ей не нравилось то, как все ее существо отозвалось на Данте Кардинали.

Она чувствовала, как часто стучит ее сердце, и объясняла это приливом адреналина и успехом ее предприятия, а вовсе не своей реакцией на пленника. Она велела себе забыть о том, как он привлекателен, собрать всю свою отвагу и сосредоточиться на том, чтобы нажать на спусковой крючок.

– В таком случае, – проговорила Стелла, стараясь сохранить спокойствие, – тебе стоило бы молить о пощаде и не предлагать мне забраться к тебе в кровать.

Он рассмеялся. Его смех окутал Стеллу, как теплый и мягкий бархат.

– Ой, уверен, ты бы так не поступила, – твердо заявил он. – Пять минут – и о пощаде будешь молить ты. Только речь пойдет отнюдь не о жизни… Стелла Монтефиори.

Стеллу словно обухом огрели по голове. Шок изгнал тот жар, что распалил в ней чувственный смех Данте, и заставил ее забыть о его вопиющей наглости.

Он знает, как ее зовут!

«Убей его! Убей его немедленно!»

У Стеллы вспотели ладони. Сколько раз она стреляла по банкам в тире! Этот тир отец оборудовал для нее в холмах позади обветшавшего дома, в который все они переехали после ареста брата. Она спешила в этот тир сразу после смены в местном ресторане, где служила официанткой, – другой работы она найти не смогла, никто не хотел нанимать кого-то из Монтефиори, – и неустанно тренировалась. Но стрелять по банкам – совсем не то, что стрелять в человека.

Она сглотнула. Во рту пересохло.

«Не думай о нем как о человеке. Это месть. За Маттео. За тебя».

Да, от нее требуется только одно – нажать на спусковой крючок. И все закончится – отец утолит свою жажду крови, смерть Маттео будет отомщена, она получит прощение.

«Ведь ты сама просила об этом, помнишь?»

Отец хотел нанять постороннего человека, но Стелла сказала ему, что будет лучше, если эту задачу выполнит кто-то из членов семьи, чтобы сохранить все в тайне.

И ведь получилось бы. Легко.

Только нажать на спусковой крючок она не может.

– Ты ошибаешься, – сказала Стелла, не понимая, зачем она спорит с ним, когда все ее проблемы можно решить одним движением. – Меня зовут по-другому.