Любимцы публики

К тому времени, когда их «мерседес-седан» остановился рядом со снятой ею виллой, Атланта отрепетировала про себя прощальную речь.

– Великолепный вид, – произнес Анжело, опередив ее.

С одной стороны здания был мощенный булыжником двор, часть которого представляла собой тенистую галерею, увитую виноградными лозами. По другую сторону начинался пологий склон, внизу которого была долина с домами, фермами и оливковыми рощами.

– Изумительно, – согласилась она. – Спасибо вам еще раз. Надеюсь, вы хорошо проведете здесь время.

Анжело первый выбрался из машины и помог ей.

– Алекс говорил, моя вилла тоже расположена в живописном месте. Она находится чуть выше. Если хотите, можете заглянуть ко мне завтра вечером. Мы сравним панорамы и сходим куда-нибудь поужинать.

Его предложение прозвучало так соблазнительно, что она чуть было не приняла его.

– Я очень признательна вам за приглашение, но я собираюсь питаться дома.

Шофер достал из багажника их чемоданы. Несмотря на возражения Атланты, Анжело велел ему отнести их к входной двери.

– Вы так решили из-за инцидента с папарацци в аэропорту? – спросил он.

– Нет. Мне просто нужно побыть какое-то время одной. Вы меня понимаете?

Анжело присвистнул:

– Не могу поверить, что вы отказали мне в третий раз. Это становится традицией.

Очаровательная улыбка смягчила колкое замечание, но Атланте стало не по себе.

– Простите. Ваше общество доставило мне большое удовольствие. Правда. Просто сейчас не время…

– Для ужина?

– Вы знаете, что я имею в виду.

– Нет. Не совсем. Я имел в виду только ужин.

– Лучше сделайте то, ради чего действительно приехали сюда. Пообщайтесь со своим отцом.

– Это мое дело. Мой выбор. – На мгновение его лицо помрачнело, но затем очаровательная улыбка появилась снова. – Не понимаю, чего вы боитесь, Атланта? Нам обоим не нужны долгосрочные отношения. Но что плохого может быть в… э-э… дружбе?

Подойдя ближе, он провел тыльной стороной пальцев по ее щеке, ясно давая понять, что на уме у него было нечто большее, нежели дружба.

– Мы находимся в чужой стране. Все, что бы ни случилось здесь, останется здесь. Никто ничего не узнает, – добавил он.

«Не говори ничего матери. Это наш с тобой маленький секрет».

К ее горлу подступила тошнота.

– Позвольте мне выразиться по-другому. Я больше не хочу вас отвлекать, Анжело.