Твоя тень

«Возможно, кто-нибудь да обратит на них внимание, – рассуждала Кэтрин, – может, продюсер, а может, и рекрутинговое агентство».

Любопытно, но слава интересовала музыкантов меньше всего. А вот распространить песни через Интернет и подзаработать – это им было по душе.

– Гастролировать по всей стране? Нет уж, увольте! Жизнь на колесах – это точно не про нас! У нас работа, семьи и bebеs[3 - Ребятишки (исп.).]. Вон у Хесуса близняшки родились – подгузники менять не успевает! – воскликнул Вильялобос и кивнул на довольного молодого мужчину, убиравшего в кофр старинную потрепанную гитару «Гибсон Хаммингберд».

Свой «ниссан» Дэнс оставила на стоянке у гостиницы «Маунтин-Вью», поэтому, попрощавшись с музыкантами, подруги забрались в темно-зеленый «шевроле-сабурбан», принадлежавший Кейли. За рулем сидел Дартур. Все это время он находился в автомобиле и внимательно посматривал по сторонам. Телохранитель запустил двигатель, и они тронулись. На переднем сиденье Кэтрин заметила несколько книжечек в кожаном переплете: на корешках переливалось золотое тиснение.

«Похоже, что-то из классики, – подумала Кэтрин. – Хотя вряд ли днем у Дартура есть хоть минутка, чтобы насладиться литературой. Читает, наверное, по вечерам, чтобы пар спустить. Книги для него – окно в мир, где нет таких типов, как Эдвин. В мир, куда можно сбежать от постоянных угроз действительности».

– Завидно мне, – вдруг сказала Кейли, глядя на тусклые огни ночного пригорода, проплывавшие за окном автомобиля.

– Завидно?

– Страшно подумать, сколько музыкантов на вашем с Мартиной веб-сайте! Они играют в свое удовольствие по вечерам и в выходные, услаждая слух родных и близких. Не ради денег! Мне кажется, будто мой талант – мое проклятие, и временами я просто мечтаю от него избавиться! Это я, конечно, вздор болтаю! Но, если честно, я никогда особенно и не хотела быть знаменитой. Ты ведь понимаешь, я просто устала от всей этой славы. Хочу мужа и детей, – произнесла Кейли и кивнула в сторону дома семейства Вильялобос, – чтобы жить, как они.

Кейли помолчала, а Кэтрин тем временем закончила про себя ее мысль: «А еще, не будь я такой знаменитой, я никогда бы не повстречала этого сумасшедшего Эдвина Шарпа!»

Дэнс поймала отражение подруги в окне: губы поджаты, глаза на мокром месте.

Певица вдруг повернулась к Кэтрин, и вся ее грусть мигом улетучилась.