Дни прощаний

Я откидываюсь на сиденье и закрываю глаза, окончательно измотанный необходимостью изображать перед родителями, что со мной все нормально.

– Прости, что тебе пришлось тащиться сюда со мной из-за ерунды.

Джорджия вставляет ключ в замок зажигания и уже начинает его поворачивать, но останавливается.

– Это не ерунда. У тебя была паническая атака. И ты не знал, а вдруг у тебя сердечный приступ или что-то в этом роде.

– Я хочу, чтобы этот день наконец закончился. Я хочу, чтобы эта жизнь закончилась.

– Карвер…

– Я не собираюсь покончить жизнь самоубийством.

– Нет.

– Я серьезно.

– Мы должны обсудить, что сказала врач. О том, чтобы побеседовать со специалистом. И ты не делишься с мамой и папой. Ты изображаешь перед ними секретного агента.

– Я поделюсь с тобой.

Джорджия заводит машину и сдает назад.

– Не получится. Прежде всего потому, что через пару недель начнется учеба и меня здесь не будет.

– Мы можем поговорить по телефону.

– Во-вторых, я не секу в подобных вещах. Парень, это очень серьезно. Поможет только специалист узкого профиля.

– Ммммм… – Я прислоняюсь головой к окну и смотрю на улицу.

– Помнишь, у меня был сложный период на последнем курсе? После расставания с Остином?

– Ты выглядела очень подавленной.

– Так и было. И у меня были проблемы с едой. Я обратилась к психотерапевту доктору Мендесу, и он очень мне помог.

– Ты никогда об этом не рассказывала.

– Не хотела афишировать.

– А я не хочу, чтобы он сообщил мне, что я спятил.

– Поэтому предпочитаешь быть безумным. Послушай, он тебе такого не скажет. Кроме того, ты не будешь настоящим писателем, если ни разу не обратишься к психотерапевту!

– Я подумаю.

– Я всегда готова помочь, Карвер, но тебе необходимо сходить к доктору Мендесу.

– Я же сказал, что подумаю.

И я больше не произношу ни слова по пути домой. Вместо этого я размышляю над хрупкостью человека и над тленностью жизни.

Я хочу снова жить беспечно.

Глава 6

Родители выглядят изнуренными и растрепанными, когда мы с Джорджией приезжаем встретить их в аэропорту. Думаю, их облик вполне сочетается с моим безжизненным лицом и пустыми глазами. Похоже, мышцы лица потеряли способность складываться в улыбку. Но я все равно стараюсь изо всех сил, помогаю родителям погрузить чемоданы в машину, бормоча: «Привет, мама и папа». Отец хватает меня за руку и притягивает к себе.