Эра акынизма

Дождался, пока перестали стучать по ступенькам каблучки, хлопнула дверь, и отправился домой.

Давно он не был в таком хорошем настроении. Ему вспомнилось, как он влюблялся в институте, бродил с девчонками до утра, провожал их домой и так же, как сейчас, счастливый и беззаботный, возвращался домой. Все было так. Да не совсем. Увы, не было уже беззаботности, не было просто влюбленности, не за что-нибудь, а просто так, потому что девчонка понравилась, просто понравилась и все.

13

Как было договорено, так Васька Лынь и поступил.

Письмо на имя директора завода он отпечатал сам. Во всех красках описал тяжелую судьбу ветеранов и пенсионеров, отдавших Родине жизнь и здоровье, но на старости лет не имеющих возможности обзавестись гаражами, которые готовы построить хотя бы из «ненужных бракованных бетонных изделий, подлежащих выбрасыванию на свалку».

Передавая Татьяне это письмо одновременно с конвертом, в котором была оговоренная сумма, ему показалось, что после ресторанного ужина она стала проявлять к нему некоторую симпатию, не только меркантильную.

Процесс, как стало модным тогда говорить, пошел. Грузовики подвозили к котловану бетонные блоки всевозможных размеров, плиты для перекрытия подвалов и крыш. Строители едва успевали перемешивать цементный раствор и укладывать на него блоки. Крановщик матерился и давно запутался, что говорить и куда еще отпрашиваться вместе со своим краном у прораба со стройки, к которой был прикреплен. Работа кипела и днем и ночью.

Дни замелькали. Татьяна через свои связи помогала добывать множество дефицитнейших материалов.

Василий только успевал заправлять «Ниву», чтобы мотаться по заводам, складам, базам. Организовывать доставку железа для ворот, кирпича для заделки дыр и промежутков между бетонными блоками в стенах, электродов для электросварщиков, проводки для электриков, рубероида и битума для кровельщиков и многого другого, о чем сразу и не упомнишь, но без чего стройка мгновенно остановится, народ сначала закурит, а потом и запьет.

И начнет куролесить неделю, а то и две. Потом похмелье, для которого со стройки потащат всё, что плохо лежит, всё, что возможно выломать и своровать.

Василий все это знал и не давал ни себе, ни рабочим отдыха ни на минуту.

К концу июля последние гаражи были отштукатурены, подключены к подстанции и переданы хозяевам.

Денег на этом строительстве Василий заработал столько, что медовый бизнес ему показался детской игрой.