Изгнанница Муирвуда

Берите, полегчает.

– Спасибо, – ответила Майя, подошла к окну, заперла его и оперлась на подоконник. – И спасибо за ванну. Давно об этом мечтала.

Джон бросил взгляд на край ванны, где висело мокрое платье.

– А, постирушку устроили. На ночь повесьте над жаровней, чтоб просохло. В горах лишняя одежда не помешает. Чем больше на себя наденешь, тем лучше. Я встану пораньше, соберу все, что нужно для перехода, и отправимся. До королевской армии лиг тридцать, но лучше б ей быть еще подальше.

– А насчет сказанного Кольером есть идеи? – спросила Майя, обращаясь к Тейту, но захватила взглядом и кишона, поскольку хотела услышать и его мнение.

– Да я не знаю, бояться мне или уже поздно, – ответил охотник, фыркнул и пожал плечами. – Горы-то вон какие большие, госпожа моя. Да и троп в них хватает, королю все не упомнить. Правда, на иные соваться без нужды не след. Я уж вашему другу говорил…

– Он знает тропу в Мон, которую не стерегут, – перебил кишон. – Но там водятся серые твари.

– Госпожа моя, серые твари – это похуже, чем медведь.

В Прай-Ри их называют страхогорищами. Они жрут и разум, и плоть. Чтобы не поймали, выходить придется на рассвете и идти весь день. А вот если в сумерки нагонят по ту сторону, тогда плохо дело. Эти твари быстрые.

– Мы знаем, – сказала Майя, и сердце у нее дрогнуло от одного воспоминания.

Джон Тейт уставился на нее с открытым ртом.

– Мы с такими уже встречались, – сказала Майя. – Но другого пути мимо караулов у нас нет. Пойдем мимо тварей.

– Леди Майя, – Джон Тейт сделал шаг вперед и уставился на нее серьезным взглядом.

 – Я повидал все зверье и тварье, что только есть в лесу. Я не испугаюсь ни бури, ни тени, ни медведя-шатуна. Но страхогорищ я боюсь и вас от них защитить не смогу. И он не сможет.

– Значит, как ты и сказал, выйдем на рассвете и пройдем перевал до сумерек.

– Это будет нелегко, моя госпожа.

– Ничего, я привыкла. Значит, решено. Главное – обойти дагомейскую армию.

На губах Джона Тейта заиграла широкая улыбка.

– Ясное дело. Только я всегда рассчитываю на самое худшее. Хуже всего страхогорища, понятно, но там и прочего хватает. В наших горах буря налетает в один миг. Солнышко греет, тепло, глазом моргнуть не успеешь – из-за перевала туча выскакивает, снег валит. Ветер еще, сильный. На этой тропе никогда не знаешь, чего ждать. И если мы будем мешкать…

– Придется рискнуть, – решительно нахмурившись, отрезала Майя, убрала за ухо влажную прядь и сложила руки на груди.