Ловцы кошмаров

Лишь несгибаемая воля и желание во всём следовать установленным правилам поддерживали его каждодневную деятельность. Но он уже с грустью замечал на себе последствия бессонных ночей. Реакция стала хуже, мысли двигались медленнее, будто увязнув в болоте, а раздражение становилось сдерживать всё труднее. От недостатка сил он даже пропустил тренировку с мечом, какие обычно делал два-три раза в неделю. А ещё впервые за очень долгое время у него начали трястись руки. Пока лишь изредка и едва заметно. Но Ин думал, что победил этот недуг окончательно.

Когда он только завязал с алкоголем, это сильно ему досаждало. Но со временем дрожь в руках ушла. А теперь вместе с ней вернулись и мысли о бутылке…

Разум ведь постоянно выискивает лазейки в данных обещаниях. Будь то недостаточно ясная формулировка или особые обстоятельства. Например, когда думаешь о том, что алкоголь поможет уснуть и не видеть снов. А потом в голове возникает мысль: «Ты и не думал, когда давал зарок, что так всё сложится. Любой на твоём месте не сдержал бы обещание, так и ты не мучь себя.

Никто ведь даже не узнает. Никто не осудит». И сложнее всего унять этот внутренний голос, если торжественная клятва произносилась в одиночестве. Ведь самому себе проще дать поблажку, а затем простить. Внутренний голос вновь поможет. Убедит, что по-другому было не поступить.

Но, нет. Он себе запретил. Не поддался. В конце концов алкогольная кома приведёт его к сильному похмелью, и выполнять обязанности будет ничуть не легче, чем невыспавшимся.

Перед троном стоял дородный, немного сгорбленный мужчина с редкими тёмно-русыми волосами. Ин узнал его и со спины: это был городничий Хаддельгона – Сангмар. В отличие от других городничих, Сангмар имел чуть более урезанные права по управлению городом, поскольку в столице много решений оставалось за королевой. В основном Сангмар отвечал за строительство и починку дорог, ремонт зданий и за суд над провинившимися. Последнее он делал с особым упоением и страстью.

И Ин Гадарн не любил его как раз за это. Закон должен быть справедлив. Но в руках Сангмара он был бюрократичен и слеп.

– Моя королева, – Ин, как и полагалось, опустился на одно колено.

– Ин, мы почти закончили, – ответила Гвелеста. – Останься, быть может, Сангмару будет полезно узнать и твоё мнение.

Сангмар не удостоил первого советника даже взглядом, что достаточно красноречиво говорило о том, насколько нужным сам городничий находит присутствие Ина.